Человек морально слабый: Сильный человек, слабый человек — Психологос

Содержание

Сильный человек, слабый человек — Психологос

Фильм «Перед классом»

Эти люди позволили своей болезни взять верх над ними, а я не собираюсь когда-либо сделать также!
скачать видео

​​​​​​​

Фильм «Школа разума»

​​​​​​​Сильный человек, это человек в первую очередь самостоятельный, тот который может сам решать возникающие в его жизни вопросы.

Надо ему — сходит в ЖЭК и договорится с сантехником; надо — заработает на машину; надо — найдёт, чем занять субботний вечер; надо — скажет «нет». А если не получится с первого раза — переделает. Слабый человек — наоборот. А слабый человек — это человек не самостоятельный, который без опоры на кого-то — падает. В ЖЭК сходить надо, но — «я их боюсь». Машину надо (ну ладно, ладно — хочется), но — «они же дорогие». Вечер занять надо, но — «я не знаю, чем заняться». Отказать надо, но — «не получилось». И так далее…

Давайте сформулируем это прямо и недвусмысленно: сильным человеком быть хорошо и честно, а слабым — плохо и нечестно. Слабые живут за счет сильных. Если это неизбежность и кто-то пока или уже не может быть сильным — не вопрос, сильный поможет слабому, но если человек может быть сильным, а изображает из себя слабого, разрешает себе быть слабым, тем более воспитывает в себе слабость, приучает себя к образу жизни слабого — это кривая жизнь, это нечестно и не перспективно. См.→

Это важно понять: когда-то женщина может продемонстрировать мужчине свою слабость, и это естественная часть женской игры, которая поощряется самими мужчинами. Женская слабость выгодна обеим сторонам, и миф о женской слабости поддерживается обеими сторонами к обоюдной радости. Однако когда люди от игр переходят к жизни всерьез, необходимо знать: всерьез мужчины слабых женщин не уважают, не любят и прямо избегают. Пропаганда «женщина должна быть слабой» вредна и опасна в первую очередь для самой женщины. Если женщине предлагают быть слабой, ей предлагают быть несамостоятельной, неустойчивой и просто зависимой от мужчины. Это не нужно женщине, это не нужно мужчинам.

Человек с больным (кривым) внутренним стержнем любой негативный опыт использует для ослабления себя, превращая себя еще в большую несчастную Жертву. Сильный (внутренне сильный!) человек отличается от слабого, маленького человека в первую очередь наличием своего личного взгляда. Смотри Сильный человек и личный взгляд

Защита — способ жизни слабого. Сильный человек может себя защитить, умеет себя защитить, но его способ жизни — не защита, а влияние и сотрудничество.

У сильных людей много желаний и планов. У слабых — много нужд и потребностей.

Большинство людей живет по шаблонам. Сильный — тот, кто выше шаблонов.

Сильный человек – тот, кто на конфликтную, травмирующую ситуацию может отреагировать не только конфликтным шаблоном, но и спокойствием, и юмором, и «взрывом» любви и добродушия.

Сильный человек — не трус. Трусом чаще называют не того, у кого есть страх, а того, кто слабее своего страха. Смелым людям тоже страшно, но они умеют быть сильнее своих страхов и действовать, несмотря на…

Чем сильнее человек, тем более серьезный груз негативного опыта он может воспринять и «переварить». Чем слабее человек, тем меньшую дозу он может адекватно воспринять.

Замечание: ребенок не обязательно слабый, взрослый не обязательно сильнее ребенка.

Воспитание сильных людей

В Исландии как бы нет слабых людей: «Всех, кто не крепко стоял на ногах, давно уже сдуло ветром в океан», как они говорят. Приезжаешь и видишь: люди там действительно крепкие, все сплошь как греческие боги. Их жилища, с точки зрения европейца или американца — это какие-то непритязательные с виду сараюшки. Никаких бетонных изгородей. Практически нет зелени — есть даже партия странных экологов, протестующих против лесовосстановления и клумб: нельзя, мол, размывать основы национального — спартанского! — духа всякими сибаритскими штучками. А дети все работают лет с восьми и самодостаточны. См.→

Как из слабого сделать сильного?


Поручите ему заботу о более слабом, попросите вам помочь в поддержке кого-то, кто в этом нуждается. См.→


11 способов распознать слабый характер человека уже при первой встрече / AdMe

Когда мы слышим предупреждение: «Этот человек с характером!», то заранее готовимся к тому, что с новым знакомым будет нелегко. Если острые углы видны сразу, то свои слабые стороны люди обычно маскируют и прячут. Но многолетний психологический опыт дает возможность при должном внимании сделать вывод о зрелости человека по его поведению.

Ученые из Института изучения характера уже много лет исследуют личность человека и убеждены, что нет хороших и плохих черт, зато есть сильные и слабые. Сильные способствуют нашему росту, а слабые тормозят и делают несчастными. Мы в AdMe.ru задумались над этим и, проанализировав опыт популярных психологов, нарисовали наглядные иллюстрации из жизни.

1. Подражание кумиру

Для детей и подростков подражание — это нормальная форма социализации. Определяя свое отношение к окружающему миру, они, как никто другой, нуждаются в ролевой модели. С возрастом здоровая окрепшая личность перестает копировать и находит себя. Если взрослый человек продолжает искать себе кумиров, то его характер до сих пор не сформирован. Случаи фанатизма и полной замены собственной идентичности получили название «синдром подражания знаменитостям», которому подвержены около 15 % от общего числа живущих на планете людей.

2. Неумение встречать трудности лицом к лицу

Всем нам свойственны стеснение и робость, особенно в важные, ответственные моменты жизни. Но некоторые люди, столкнувшись с небольшими трудностями или оказавшись в неловкой ситуации, прячут голову в песок. Даже инстинктивно поджимают плечи, вдавливая шею внутрь. Психолог Билл Кнаус назвал это синдромом страусиной ловушки, который сковывает страхом и неуверенностью, мешая исполнять свои мечты и двигаться к цели.

3. Зацикленность на себе

Людям свойственно помещать в рамки фотографии близких людей, домашних животных или просто приятных моментов из жизни. Но если человек увешивает свое жилище собственными фотоснимками и подолгу смотрится в зеркало или каждую свободную минуту считает количество лайков в соцсетях, то, скорее всего, перед вами истероидный (демонстративный) тип личности. Для него характерны самолюбование, ненасытная жажда внимания, потребность в почитании. Главная слабость таких людей в том, что ими очень просто манипулировать, играя на их чувстве собственной важности.

4. Страх привлечь внимание

Скромность — это хорошее и полезное качество до тех пор, пока оно не мешает человеку оставаться самим собой и самореализовываться. Психолог Барбара Маркуэй считает, что излишнюю застенчивость часто ошибочно путают с интроверсией. Однако интроверты, предпочитая одиночество, не избегают общения, а просто тщательнее его выбирают, тогда как застенчивые страдают от заниженной самооценки, боятся быть отвергнутыми, сдерживают свои настоящие желания.

5. Критика достижений других людей за их спиной

Профессор клинической психологии Роберт Лихи выделяет 3 вида зависти: депрессивную, позитивную и враждебную. Депрессивная зависть снижает нашу самооценку и заставляет чувствовать себя неудачником, позитивная мотивирует стать лучше, а враждебная вызывает злость и осуждение. И если 2 первых вида чаще всего имеют временный эффект и даже могут положительно повлиять на человека, то третий является частью характера и отношения к жизни. Вместо того чтобы стать лучше, человек начинает критиковать и унижать того, кто смог добиться результатов, чтобы выгоднее смотреться на его фоне.

6. Неспособность настаивать на своем

Легче согласиться, чем спорить. Это замечательная черта характера, которая присуща гибким людям, умеющим избегать конфликтов. Но только в том случае, если она не мешает собственным интересам. Сильный индивидуум охраняет свое личное пространство и уважает чужое, тогда как слабый легко поддается давлению и сам бестактно нарушает границы.

Если вам сложно говорить «нет», то психотерапевт Диана Барт советует начать с малого: вместо отказа научитесь с уверенностью говорить о желаемом. Например, если вам предлагают кофе, то вы можете сказать: «Спасибо, но я бы выпил воды».

7. Раздувание из мухи слона

Аутоагрессия, или саморазрушительное поведение, — весьма деструктивный защитный механизм. Им чаще всего страдают дети, пережившие непростые моменты, но иногда и взрослые застревают в этом состоянии: начинают сгущать краски при малейшей трудности, винят себя за ошибки. Кстати, самоунижение, нанесение себе физических повреждений, чрезмерное увлечение опасными аспектами экстремальных видов спорта, даже простое щелканье себя по носу — тоже результаты работы этого механизма.

8. Страх выразить эмоции

Для того чтобы открыто показывать свои эмоции, нужно обладать достаточной силой духа. Нет ничего зазорного в слезах, например, если они не исполнены театрально. Однако в нашей культуре принято скрывать свои чувства, это просто признак воспитанности и сдержанности. Но постоянно прятаться под маской — значит бояться осуждения, закрываться от внешнего мира.

9. Нежелание просить о помощи

В сложных ситуациях иногда разумнее обратиться за поддержкой к более умелым, опытным или образованным друзьям и коллегам. Но для некоторых людей попросить о помощи — значит признать свою слабость, которую они старательно прячут. К тому же наладить коммуникацию — это тоже труд, поэтому неуверенные в себе люди стараются избегать командной работы. Гретхен Рубин, автор бестселлера «Проект счастье», называет умение просить о помощи главным секретом зрелости.

10. Поиск логичных оправданий своим поступкам

Рационализация помогает нам находить разумные причины возникновения негативной ситуации и справляться с эмоциями. Так мы как бы охлаждаем свои чувства рассудком, чтобы не испытывать боль, страх и сожаление. Но, с другой стороны, и обманываем себя вместо того, чтобы разобраться с проблемой, убеждаем себя, что достаточно хороши и виновен кто-то другой. Намного легче придумать себе логичное, на первый взгляд, объяснение всему, вместо того чтобы заглянуть вовнутрь.

11. Частая смена поз с поиском точки опоры

Специалист по распознаванию лжи Пол Экман пишет, что если во время беседы партнер проявляет чрезмерную немотивированную вариативность поз, то это говорит об общей незрелости его личности. Стойка с частой переменой опорной ноги и позиций ступней выдает нетвердость характера, низкую самодисциплину, ненадежность.

Никто из нас не идеален, поэтому если вы узнали себя в ком-то из персонажей наших иллюстраций, то это замечательная новость. Во-первых, вы способны трезво оценивать себя и свои недостатки, а во-вторых, готовы стать лучше. Не так ли?

Иллюстратор Inna Grevtseva специально для AdMe.ru

Слабые люди

Отвечать на этот вопрос хочется начать с шутки, что верно ли то, что физкультура и спорт нужна только слабым? Если говорить серьезно, то при определенных обстоятельствах, состояние, нуждающееся в лечение врача-психотерапевта, может возникнуть у любого человека, в независимости от того сильный он или слабый, у каждого из нас есть своя мера «крепости и силы», за пределами которой, мы будем болеть, и есть возможность появления разных симптомов. Существуют кризисные состояния, связанные с тяжелыми стрессовыми факторами, такими как гибель близких, военные действия и т.д., в таких случаях, подавляющее большинство людей нуждаются в помощи психотерапевта, но, к сожалению, не все знают где ее можно получить, либо не могут по каким-то причинам. Это только «одна сторона медали», в которой психотерапевтическая помощь рассматривается, как метод лечения и воздействия в связи с заболеванием.

С другой стороны, модель оказания психотерапевтической помощи очень сильно отличается от привычной модели помощи в классической медицине, в ответе на предыдущий вопрос я писал, что модель отношений в классической медицине строится на диаде врач-пациент. В психотерапевтических отношениях чаще лежит другая модель отношений — терапевт-клиент. Это партнерская модель отношений, в которой над клиентом не производят каких-либо действий, а он выступает как пассивная сторона, а наоборот, клиент активно участвует в собственных изменениях. В данном случае, терапевт и клиент являются равными партнерами в работе, есть ответственность и клиента, и терапевта. Такая модель отношений очень характерна для работы на клиентском уровне, и уровне личностного роста, я подробно останавливался на описании этих уровней, при ответе на предыдущий вопрос.

С данной точки зрения, человек, обращающийся к психотерапевту это не «слабак», а человек, который способен признавать свои проблемы и эффективно их решать.

Отвечая на вторую часть Вашего вопроса, нельзя не отметить, что так выглядит одно из частых опасений людей, впервые обращающихся к психотерапевту. Настоящая, профессиональная психотерапия, как раз отличается тем, что способствует большой осознанности, самостоятельности и независимости клиента, условно говоря, «движение» во время психотерапии всегда идет от полюса «опора на терапевта», к полюсу «максимальной независимости и самостоятельности в своей жизни, опоре на себя». Проходят симптомы, которые ,например, раньше мешали ездить в транспорте, и человек становится более независимым и свободным, повышается качество жизни и эффективность в тех ситуациях, в которых было что-то не так. Считаю, что данные опасения не имеют под собой достаточных оснований, если с Вами работает профессионал.

 

Слабый характер: как исправиться — Психология

Личность человека начинает свое формирование в очень раннем возрасте. По большей части, человека формирует не столько внутренние, сколько внешние факторы. То, как с ним обращаются родители, родственники, друзья и т. д. У маленького ребенка еще нет собственной модели поведения, поэтому он заимствует ее у окружающих его людей. Процесс принятия собственной личности, отдельной от других, происходит примерно до совершеннолетия. К этому возрасту человек обычно уже знает, кто он и на что способен.

После окончательного становления характера довольно сложно что-то в себе изменить, ведь эта форма поведения формировалась годами.

Различие черт характера

Очень часто люди серьезно размышляют о своем характере: что им мешает в жизни, а что, наоборот, приводит к успеху. Если вы не можете определиться, что именно тормозит вас на жизненном пути, а какие черты и особенности вы хотели бы приобрести, запишите их все в столбик, предварительно поделив лист на две колонки — сильные и слабые стороны.

Давайте посмотрим, какие черты можно отнести к сильным, а какие — к слабым.

Сильные

Стремление к своей цели

Каждый человек ставит перед собой цели, по большей части, конечно, реальные. Для кого-то важен карьерный рост, для другого — материальное благополучие, а другой может стремиться получить как можно больше знаний из разных областей. Однако не все приходят к успеху. Людям не всегда хватает запала, чтобы дойти до конца, и порой цель так и остается недостигнутой. Если вы знаете, что целеустремленность — ваша отличительная черта, можете быть уверены в успехе.

Настойчивость

Этот пункт вытекает из предыдущего. Когда человек идет к цели, он должен быть последователен и настойчив. Только упорные люди превращают свою мечту в реальность, какой бы недостижимой эта мечта ни казалась.

Воля

Это качество необходимо в ситуациях, когда человек начинает какое-то дело и ему нужно дойти до конца. Особенно важно это качество в ситуации, когда вам нужно справиться с вредными привычками.

Организованность

Не всегда просто подчинить свой день графику. В нашей жизни множество нюансов, которые отвлекают от важных дел — не важно, на работе или дома. Но не переживайте, такое качество, как организованность, можно развить. Купите планнер, где будете расписывать день по часам. Через какое-то время вам уже не понадобятся вспомогательные средства, и вы сами сможете прекрасно планировать свой день или даже неделю.

Ответственность

Очень важное качество. Без него трудно направить жизнь в правильное русло: создать семью либо получить работу. Как правило, это качество прививают родители в детстве. Однако его тоже можно развить во взрослом возрасте.

Общительность

Для жизни в обществе важно развивать в себе коммуникабельность. Ведь жизнь среди людей подразумевает конфликтные ситуации, налаживание контактов и многие другие социальные процессы.

Мы привели основные качества, присущие человеку с сильным характером. Теперь давайте посмотрим, что же относится к слабым чертам.

Пессимистичность

Люди, настроенные негативно, редко достигают успеха. Они видят окружающий их мир серым и унылым. Им не хочется ни к чему стремиться, ведь, по их мнению, все это бессмысленно. Попытайтесь не так серьезно относиться к жизни, расслабьтесь и подумайте, что не все так плохо, как вам кажется.

Излишняя эмоциональность

Довольно сложно налаживать деловые и личные отношения, если вы постоянно на всех кричите и резко высказываете недовольство. Если в вас накопилась злость и разочарование, не спешите выплескивать ее на окружающих, особенно на родных. Этим вы только испортите отношения.

Зависть

Одно из самых разрушительных состояний — зависть. Мало того, что она рушит связи, но и приводит к серьезным болезням. Сосед купил еще одну квартиру — наворовал. Подруга встречается с симпатичным обеспеченным мужчиной — она с ним из-за денег, и таких примеров еще очень много. Искорените в себе это чувство, направьте энергию, с которой вы завидуете, в мирное и продуктивное русло.

Как развить в себе сильные качества

Как мы уже говорили, довольно трудно изменить человека во взрослом возрасте. Однако если он сам хочет изменений, то все в его руках. Вспомните, в какой ситуации проявлялось то или иное качество. Проанализируйте, что у вас получилось в столбиках и какие изменения необходимы лично вам.

Будьте милосердны

Если вы хотите стать сильным человеком, поймите, что нельзя добиваться своих целей за счет несчастий других. Сильный человек всегда поможет тому, кто нуждается в его помощи.

Опирайтесь на факты

Не давайте эмоциям взять над вами верх, сильные люди опираются всегда только на факты, строят в уме конкретные действия. Только сохраняя холодный ум, можно чего-то достичь и избежать неприятностей.

Будьте смелее

Рискуйте, но и знайте границы. Без этого вы не сможете понять, на что способны. Только познав себя и поверив в свои силы, можно достичь реальных результатов.

Не идите слепо за другими

Бывает, что, принимая важное решение, вы уже сделали свой выбор, но все же советуетесь с важными для вас людьми. Вы должны понимать, что другие люди принимают решения, исходя их своего опыта, а вам нужно проложить собственную дорогу.

Конечно, нельзя сказать, что, обзаведясь сильными качествами, вы мигом решите все свои проблемы. Однако они в значительной степени помогут вам достичь гораздо большего и в личной, и в профессиональной жизни.

9 вещей, которые не делают морально сильные люди

Как стать морально сильным человеком

Морально сильный человек ― кто это?

Людям, потерпевшим неудачу, понесшим утрату либо попавшим в трудное положение, обычно говорят: «Будь сильным!». Конечно же, подразумевая не физическую силу, а моральную. Кто же такие эти сильные люди, которым все нипочем?

Морально сильные люди ― это обычные люди, живущие среди нас. Однако, в отличие от многих, они обладают умением контролировать свои страсти и эмоции, не давая им взять верх и властвовать над собой. Именно морально сильные люди, которые не идут на поводу своих слабостей и желаний и способны противостоять неблагоприятным обстоятельствам, добиваются в жизни успехов.

Их противоположности ― морально слабые люди, которые даже обладая большими способностями и талантами, в итоге остаются «у разбитого корыта», поскольку не способны взять себя в руки, противостоять неприятностям и чаще всего являются жертвами собственных эмоций и слабостей. У них отсутствует такое качество, как целеустремленность, а, сталкиваясь с трудностями, они, как правило, «ломаются.

Сильный человек отличается от слабого тем, что если в его жизни что-то не ладится, то он винит себя, а слабый ― окружающих и обстоятельства.

Однако нередко за сильных людей ошибочно принимают людей грубых, бесчувственных, отличающихся хамским поведением, которые ради того, чтобы получить желаемое, готовы «идти по трупам» и переступить через общепринятые моральные ценности. Такое поведение ― как раз таки проявление слабости.

В то же время слабыми нередко считают людей добрых, ранимых, тонко чувствующих. Но кажущиеся на первый взгляд слабыми люди в сложных обстоятельствах могут проявить характер и силу. Так что по первому впечатлению нельзя судить, сильный или слабый человек пред нами. Да что говорить о других! Порой мы сами о себе не можем судить, к какому типу людей относимся, пока не окажемся в сложных обстоятельствах.

Конечно же, быть морально сильным гораздо лучше, чем слабым.

К морально сильным тянутся другие люди ― очевидно, чтобы ощутить поддержку или заразиться их энергией, научиться у них быть сильным. Врожденное ли это качество ― моральная сила, неважно. Главное, что его можно в себе воспитать. Правда, для того чтобы побороть свои слабости и стать сильным, опять-таки нужна моральная сила.

Чего не делают морально сильные люди

Это стоит знать, ведь чтобы знать, с чем бороться, прежде всего нужно определить привычки, свойственные слабым людям.

1. Они не тратят время на бесплодные сожаления

Кому не приходилось сожалеть о прошлом! «Вот если бы можно было вернуться и все исправить», думаем мы. Тогда бы уж точно, образно говоря, «подстелили соломку», чтобы не так больно удариться.

И вот вместо того чтобы извлечь пользу из полученного жизненного урока и двигаться вперед, мы тратим время на то, что убиваемся о прошлом. Более того, мы не только тратим драгоценное время, но и позволяем сожалениям разъедать нашу душу и лишаем себя такой необходимой нам душевной энергии, волей-неволей погружаясь в депрессивное состояние. Как сказал кто-то из великих: «Не увязай в сожалениях: подпустишь близко к сердцу ― и они отравят душу».

Сильные люди рассматривают ошибки как «мост между опытом и мудростью».

2. Они не теряют контроль над собой и не позволяют собой манипулировать

Как известно, есть люди, которых можно назвать провокаторами. Преследуя личные цели, они каким-либо способом вынуждают других утрачивать контроль над своими эмоциями, вследствие чего эти другие порой начинают проявлять себя не с лучшей стороны. Поддаются на такие провокации и «теряют голову» обычно слабые люди. Сильный человек держит себя в руках и не позволяет на людях давать волю эмоциям.

Кроме провокаторов, есть еще и манипуляторы. Манипуляторы довольно-таки часто встречаются в нашей жизни: среди друзей и близких, на работе, в бизнесе. Они применяют свои приемы, воздействуя на людей для того, чтобы те изменили свое мнение, поведение либо же выполнили действие, нужное манипулятору. В качестве приемов могут использоваться ложь, жалость, шантаж, лесть, чувство вины и др.

Сильный человек не поддается манипуляциям, поскольку осознает, что манипулятивными средствами его принуждают к действиям, которые он совершать не должен или не хочет.

Правда, говорят, что в бизнесе манипуляции неизбежны, поэтому каждый бизнесмен должен владеть этим искусством, помня о правиле: «Если не будете манипулировать вы, будут манипулировать вами».

3. Они не боятся перемен

Некоторым людям свойственно опасаться перемен, потому что они боятся неизвестности, которую таят в себе перемены. Они предпочитают стабильность, даже если она и не особо их радует, а от перемен ожидают худшего. Их устраивает зона комфорта, которую они создали вокруг себя, а все, что находится за ее пределами, их пугает. Это слабые люди, которых страшит необходимость принимать новые решения, брать на себя ответственность и действовать, возможно, вопреки обстоятельствам.

Сильные люди, наоборот, боятся застоя, а перемены рассматривают как движение вперед.

Ведь, как писал Анатоль Франс, «Перемены ― это основа жизни».

4. Они не стараются быть хорошими для всех

Они ценят свою индивидуальность и не видят необходимости подстраиваться под других. Ведь стараться понравиться всем ― это значит пытаться всем угодить. А это путь к разрушению собственной личности. Или, как сказал американский актер Билл Косби, «Я не знаю ключ к успеху, но ключ к провалу ― пытаться понравиться всем».

Сильный человек живет своей жизнью, понимая, что он пришел в этот мир не для того, чтобы соответствовать чьим-то ожиданиям.

Как писал И. Бунин, «Я не червонец, чтобы всем нравиться».

5. Им не свойственно чувство зависти

Все знают, что завидовать плохо, что зависть ― это неконструктивное чувство.

Чтобы оправдать собственную зависть к чужим успехам, красоте, деньгам и пр., люди нередко говорят, что они завидуют белой, то есть «хорошей» завистью. Правда, кто-то заметил, что «белая зависть от частого использования становится черной». Ну а уж если речь идет о черной зависти, то тут уж берегись: тот, кто завидует, желает зла тому, кто добился большего, и способен смести на своем пути все преграды, чтобы получить предмет зависти! Как говорится, «наблюдая за тем, как одни копят добро, другие начинают копить зло».

Говорят, что из всех страстей зависть самая отвратительная, и она разъедает душу, как ржавчина железо. Сильный человек не знаком с завистью. Чужие достоинства и успехи для него ― повод задуматься над тем, что можно предпринять, чтобы сделать еще лучше.

6. Они не останавливаются, если потерпели неудачу

Они знают, что жизнь состоит не только из побед, но и из поражений. Конечно же, победы радуют, а поражения огорчают. Но как без зла мы бы не знали, что такое добро, так и без неудач не знали бы, что такое успех. Как говорят, негативный опыт ― это тоже опыт, поэтому поражение ― это очередная веха на пути к победе. Главное, извлечь из него урок, не опустить руки и не совершать те же самые ошибки в дальнейшем.

Как говорил знаменитый Генри Форд, «Неудачи дают только повод начать снова и более умно. Честная неудача не позорна; позорен страх перед неудачей».

7. Они не «наступают дважды на одни и те же грабли» и не «спотыкаются дважды об один и тот же камень»

Сильный человек ― мудрый человек. Совершив ошибку, он осознает ее, чтобы больше никогда не повторить. Индийский духовный лидер Ошо заметил: «Делай как можно больше ошибок, только помни одно: не совершай одну и ту же ошибку дважды. И ты будешь расти».

8. Они не тратят силы на то, чтобы переживать о том, что изменить не в их силах

Люди имеют привычку сетовать на вещи, на которые их влияние не распространяется, в частности погоду, пробки и пр. Сильные люди предпочитают направить свою энергию туда, где их усилия принесут пользу, руководствуясь словами: «То, что нельзя исправить, не следует и оплакивать».

9. Они не считают, что все им обязаны

Есть категория людей с завышенной самооценкой, которые превыше всего ставят личные интересы и считают себя едва ли не центром Вселенной, ввиду чего окружающие должны «плясать под их дудку». Они достигают желаемого, руководствуясь принципом: «Нахальство ― второе счастье».

Однако это не про сильных людей. Сильные люди рассчитывают только на себя ― на собственные знания, умения и опыт. «Надеяться можно на что угодно, но рассчитывать только на себя» ― их правило жизни.

© Тимошенко Елена, BBF.RU

Сильный и слабый человек. Кто такой слабый и сильный человек?

Никто не знает, каковы его силы, пока их не использует. © Иоганн Вольфганг Гетте

Сила и слабость – где грань?

Сила и слабость – где грани этих понятий? Всегда ли силен тот, кто сотрясает пространство килограммовыми мышцами и так ли беспомощен и слаб тот, кого качает на ветру? Где критерии силы и слабости человека, кого можно смело назвать человеком сильным, а кого в сравнении лучше деликатно оставить «за кадром»?

Кто такой слабый и сильный человек?

Стать выше, сильнее, авторитетней, красивее, богаче, здоровей, уверенней, успешней? – Заманчиво, не правда ли? Тогда почему подавляющее большинство прямоходящих предпочитает завидовать тем, кто уже располагает этими достоинствами и не сокращает дистанцию до своего идеала? Так ли велико расстояние между успешным и неудачником, здоровым красавцем и болезненным бледным слабаком, материально независимым человеком и тем, кто привык «жить в долг»? Чтобы ответить на эти вопросы, попробуем разобраться, кто же такой есть слабый и сильный человек?

Слабый человек

Слабый человек:

  • жалуется
  • тратит большую часть времени на беспредметные пустые разговоры и тусовки в виртуальном пространстве
  • любит окунуться в прошлое и сравнить тот рай который был раньше, с тем адом, который свалился на его голову
  • беспрерывно осуждает всех и вся
  • отдает себя на волю обстоятельств и окружающих
  • оправдывается, если что-то не получилось
  • обижается по любому поводу
  • выкручивается и обманывает
  • сомневается
  • испытывает чувство вины
  • переживает и беспокоится по малейшему поводу и без повода
  • бежит от ответственности, активных действий, поиска смысла своего существования

Если кто-то читая, обнаружил в этом списке знакомые качества – значит он увидел свою слабость, а значит, сделал первый шаг к обретению силы.

Сильный человек

Сильный человек – тот, который когда-то располагал теми же недостатками, что и человек слабый, но сумел взять ответственность за свою жизнь, разглядеть и признать свои слабые стороны и предпринять конкретные шаги по их устранению. Его главное отличие от слабака, хронического лузера, смирившегося со своей неблагодарной судьбой – это желание изменить себя и окружающую реальность.

Сильный человек – это проактивный человек, который всегда стремится к лучшему, к новым целям. Лучшему в себе, лучшему вокруг себя, лучшему в ближайшей и отдаленной перспективе. Это стремление создает его окружение, формирует его ситуации, раскрывает возможности для его дальнейшего личностного роста.

Сильный человек не ждет случая, который позволит изменить обстоятельства – он создает возможности и находит способ заставить эти обстоятельства служить поставленной цели. Он не делегирует свою жизнь в распоряжение случайных людей и ситуаций, но ценит и бережет свою свободу самостоятельно принимать решения. Он всегда предельно честен с самим собой и оставляет за собой последнее слово в ответственных вопросах.

Сильный человек верит в судьбу, но еще больше он верит в благоприятный исход своего начинания. Иногда он совершает ошибки, но, направляясь к новой цели, он умеет отбросить сомнения и негатив, а в случае неудачи – извлечь из ситуации драгоценный опыт и использовать его в дальнейшем. Он понимает: правильно проработанная сегодняшняя неудача – это изнанка завтрашнего успеха. Он умеет принимать и благодарить судьбу и людей за то хорошее и плохое, что случается в жизни, усиливая тем самым хорошее и, через проработку причин потери, преобразуя плохое в лучшее из возможного.

Сила или слабость – выбор человека

Разумеется, расставляя приоритеты и рассматривая жизнь в отдаленной перспективе, сильный человек, как человек разумный, понимает, насколько важно, празднуя свой очередной успех помнить о служении главным ценностям и смыслу всей жизни. В противном случае, по кирпичику выстраивая свое здание успеха и благополучия, сильный человек рискует «поставить лестницу не у той стены» и, исповедуя «чужие» ценности, потерпеть на жизненном финише глобальное фиаско.

Быть сильным или слабым, жить со смыслом или без него – священный выбор любого человека, в любом возрасте, в любом состоянии. Но многие упорно предпочитают отказываться от смысла, ценностей, благ цивилизации, успеха, благосостояния, борьбы, устремлений и глубоких сильных искренних чувств, которых нужно достигать. Все это они обменивают на привычный круг проблем, которые можно достаточно комфортно решать десятилетиями. Так и ответственности поменьше, да и что-то там выбирать из двух зол бесконечно не приходится.

Конспект А. Палиенко.

Поделитесь

https://goal-life.com/page/person/silniy-i-slabiy-chelovek, 3446619458

63

41

Ещё почитать:


9 признаков слабого характера, по которым можно «читать» людей

Свои слабости люди обычно маскируют и прячут — но вы сможете обнаружить наличие слабого характера по этим 9 признакам.

Силой характера принято гордиться, а слабые места обычно предпочитают скрывать — во всяком случае, не афишировать их при первом знакомстве. Как сразу понять, что перед вами человек, чей характер далеко не такой, как он вам пытается показать? Посмотреть на характерные черты, которые быстро сообщат вам правду о силе его характера.

9 способов распознать человека, чей психологический тип относится к слабому.

1. Зацикленность на себе самом

Постоянная жажда внимания, эгоцентризм, потребность в почитании и отсутствие способности воспринимать любую критику адекватно — эти черты выдают человека истероидного и демонстративного типа личности. С ним очень тяжело — да и ему с собой обычно непросто. Манипулировать ими можно самой примитивной лестью.

2. Подражание кому-либо

Вплоть до подросткового возраста подражание кому бы то ни было считается нормальным: это одна из форм социализации. С возрастом же человек должен обрести собственные черты характера — если этого не произошло, значит, он все еще не сформировался как личность.

3. Страх обратить на себя внимание

Скромность украшает людей, но когда она принимает устрашающие формы, это свидетельствует о слабости характера. Застенчивые люди обычно страдают от слишком низкой самооценки и боятся показывать свои истинные желания.

4. Критика достижений других людей и банальная зависть

Зависть может быть депрессивной, враждебной и позитивной. Первые две обычно разрушительны для психики того, кто ее испытывает — а вот последняя способна подвигнуть на положительные перемены в характере человека. Жаль только, что встречается она реже всего.

5. Неумение встречать трудности достойно

Слабый человек предпочитает прятаться от трудностей или делать вид, что ничего особо интересного или важного не происходит. Даже небольшие неурядицы способны надолго выбить их из седла — а сильные духом смело смотрят в будущее, даже если прекрасно отдают себе отчет, что их ждут не самые легкие времена.

6. Неспособность настоять на своем

Иногда в споре действительно проще бывает согласиться, чем доказывать свою правоту — так работает один из принципов дипломатии. Но в некоторых случаях неспособность отстоять свою точку зрения показывает слабость характера: границы этого человека легко проломить, да он и сам частенько не замечает, что нарушил чужие.

7. Нежелание и неумение просить о помощи

Просьба о помощи должна бы свидетельствовать об адекватности оценки происходящего — но слабый человек уверен, что демонстрация отсутствия силы делает его еще более уязвимым. В итоге страдает и он сам, и дело, которое можно было бы наладить при участии другого человека.

8. Страх показать и выразить настоящие эмоции

Никто не может постоянно прятаться за маской безразличия или бесконечного успеха — просто потому, что любой из нас может устать или загрустить. Общество часто навязывает нам стереотипы — например, о том, что настоящие мужчины не плачут — но следуют им только слабые характером люди.

9. Неумение молчать

Пустая бочка всегда гремит громче — слабый человек настолько боится услышать о себе что-то неприятное, что его рот никогда не закрывается. Иногда он непредсказуемо и безосновательно агрессивен, лишь бы никто не попробовал напасть на него первым.

По каким признакам вы обычно определяете слабого человека?

 

Project MUSE — Концепция моральной слабости Аристотеля (обзор)

262 ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ Мысль Аристотеля о нравственной слабости. Джеймс Дж. Уолш. (Нью-Йорк: Columbia University Press, 1963. Pp. viii ~- 199. $6.00). как и любой другой, вызывал у философов множество различных интерпретаций. Одна из трудностей, связанных с замечаниями Аристотеля, заключается в том, чтобы определить, как именно он оценивает отрицание Сократом существования такого явления, как моральная слабость.Можно напомнить, что Аристотель в одном отрывке (1145b 27–28) утверждает, что взгляд Сократа «явно противоречит фактам», а в другом (1147b 14–15) утверждает, что «вид, который Сократ стремился утвердить, кажется верным. » Уолш утверждает, что Аристотель поддерживает позицию Сократа, и цель его книги — «тщательно доказать этот случай» (стр. 2). Начав свое исследование достаточно естественно с обсуждения сократовского отрицания акрасии, Уолш подчеркивает элементы выбора и решения в сократовской моральной философии, чтобы сбалансировать недавние отчеты, такие как у Джона Гулда («Этика Платона», стр.3-46), которые рассматривают сократовское ~mar~}u~ как практическое, то есть как знание как, а не знание что, и, таким образом, разъясняют, что сократовское отрицание akrasia есть нечто большее, чем тавтология и что интеллектуалистская теория мотивации возможна в рамках Сократа. Такая теория представлена ​​в «Протагоре», и в сочетании с ее изложением Уолш представляет четкий отчет о драматизации Еврипидом моральной слабости как феномена, в котором разум недостаточно мотивирован.Именно эту картину акрасии, по-видимому, имел в виду Аристотель, когда обвинял точку зрения Сократа в противоречии с фактами; в любом случае, согласно Уолшу, модификации, внесенные Платоном в доктрину Сократа, представляют собой его попытку отдать должное психологическому реализму, присущему еврипидовскому образу (стр. 27). В попытках Платона (так и не проработанных до конца) разрешить проблему моральной слабости, по мнению Уолша, можно выделить три различимых этапа, причем градация происходит как во времени, так и в отношении философской адекватности (с.28). Развитие, обнаруживаемое на этих стадиях, отклоняется от точки зрения, согласно которой только разум и знание являются мотивационно достаточными для хорошего действия, к точке зрения, согласно которой сотрудничество разума и определенное привыкание к влечениям являются существенными союзниками, если разум должен быть действенным в моральном действии. Тезис Уолша, с точки зрения этого исторического фона, состоит в том, что Аристотель с его «сильным упором на выбор и решение и, следовательно… незаменимость знания или веры для действия» более тесно связан с Сократом и ранним Платоном, чем с позднее Платон (стр.29). В мастерски аргументированной и существенно подтвержденной главе Уолш рассматривает вопросы, относящиеся к его интерпретации аристотелевской концепции акрасии. Чтобы более подробно остановиться на этой интерпретации, я привожу здесь только выводы из этой главы. (1) Явное противоречие между представлениями о морально слабом человеке как о человеке, в котором происходит внутренняя борьба, и описанием морально слабого человека, которое подразумевает, что такой борьбы на самом деле не происходит, — все это можно найти в аристотелевском трактате, не являются непримиримыми.(2) Обсуждение akrasia в седьмой книге Никомаховой этики одинаково хорошо вписывается в Евдемову этику и в Никорнахскую этику, хотя и по-разному. В первом случае это могло бы служить вкладом в обсуждение нескольких этических понятий, особенно добровольного; в последнем он функционировал бы скорее как приложение к аристотелевской трактовке моральной добродетели. (3) Евдемианская этика была написана Аристотелем и была написана до Никомаховой этики. На психологию движения не влияет предполагаемый (Нюйенс) сдвиг в аристотелевской концепции отношений души и тела с инструментальной фазы (De Partibus Animalium и De Moto Animalium) на гилеморфическую фазу (De Anima).(4) Что касается анализа акрасии, то принципиальной разницы между моральной психологией нет…

Вы хороший человек? Эксперты по морали говорят, что так можно узнать

Придерживаться своих обещаний становится легче, когда вы становитесь старше

Новое исследование, проведенное для PowerBar, показало, что придерживаться своих новогодних обещаний становится легче, когда вы становитесь старше. У Аманды Каббабе (@kabber) есть еще.

Buzz60

Эта история была впервые опубликована в 2017 году.

В конце каждого года мы подводим итоги того, кто мы есть. Мы думаем о наших диетах и ​​тренировках. Мы задаемся вопросом, достаточно ли мы бережливы, достаточно ли амбициозны, достаточно ли мы прочитали книг и достаточно ли мудро провели свое время. Мы задаемся вопросом, находимся ли мы на правильной работе или в правильных отношениях. Мы пытаемся представить, как мы можем лучше наслаждаться жизнью.

Но особенно в последние пару лет многие меньше думают о размерах талии и зарплатах и ​​больше о том, как то, что мы делаем, имеет значение в мире в целом.

Опрос Marist показал, что «стать лучше» было самым популярным новогодним обещанием в 2018 году. Оно также было решением № 1 в 2017 году, ознаменовав переход от предыдущего десятилетия, когда «похудение» возглавляло список 80 % времени (в 2018 году ничья).

«Сегодня в Соединенных Штатах кризис, слишком многие из нас утратили чувство коллективной ответственности за наших соседей», — сказал раввин Джилл Джейкобс, исполнительный директор некоммерческой организации T’ruah: The Rabbinic Call for Human Rights.

Многие хотят вернуть себе это.

Но что на самом деле означает быть «хорошим»? Социальные психологи, специалисты по этике и религиозные лидеры говорят, что мы сходимся во взглядах на важные вещи. Мы верим, что хорошо быть добрым, честным и справедливым; плохо обманывать, убивать и воровать.

«Правда в том, что когда вы говорите общими мазками, независимо от того, куда вы смотрите, люди ценят схожие черты в характере», — сказал Дэвид Писарро, профессор Корнельского университета, изучающий моральные рассуждения, суждения и эмоции.

Факты свидетельствуют о том, что мы все рождаемся с некоторым врожденным чувством морали и справедливости, что делает нас чувствительными к страданиям других, сказал Писарро.

Что влияет на наши ценности?

Так почему же мы ведем себя так по-разному? Во-первых, мораль, с которой мы сталкиваемся во взрослом возрасте, зависит от того, как о нас заботятся и как мы общаемся. Эта «центральная мораль» формируется через «опыт любви с сочувствием и добротой», – говорит Дарсия Нарваес, профессор психологии Университета Нотр-Дам, изучавшая нейробиологию нравственного развития.

Эксперты говорят, что причина, по которой мы в конечном итоге расходимся во многих моральных вопросах, заключается в том, что мы по-разному оцениваем наши ценности. Культурные психологи обнаружили политические вариации, например: консерваторы придают большое значение таким ценностям, как лояльность и авторитет, в то время как либералы отдают приоритет заботе и справедливости.

Эти различия влияют на наше отношение к таким вопросам, как аборты, гомосексуальность, расовое и гендерное неравенство. Они помогают определить все: от того, бросаем ли мы деньги в чашку бездомного, до того, какого президента мы считаем нужным привести.Они диктуют , к кому мы проявляем сострадание, а от кого отказываемся.

Время и место также влияют на то, как мы оцениваем моральные аспекты. Согласно исследованию Pew Research Center, проведенному в 2014 году, только 1 % немцев заявили, что использование противозачаточных средств является «морально неприемлемым», в то время как 65 % в Пакистане согласились с этим утверждением. По данным Pew, в 2011 году американцы разделились во мнениях относительно того, необходимо ли верить в Бога, чтобы быть нравственными и иметь хорошие ценности. Теперь 56 % говорят , что для того, чтобы иметь хорошие нравы или ценности, не обязательно верить в Бога.

Мораль: твердая или гибкая?

Моральные рассуждения в повседневной жизни сложны. Вполне логично предположить, что, чтобы быть хорошим человеком, мы должны стремиться к моральной жесткости. Но Писарро сказал, что хотя мы и хотим, чтобы наши лидеры были негибкими ради последовательности, мы не демонстрируем, что хотим этого от людей из нашего ближайшего окружения. Мы хотим, чтобы наши друзья и семья были неравнодушны к нам, были на нашей стороне. Вы знаете выражение: «Мой лучший друг — это тот, кто поможет мне похоронить тело и не будет задавать никаких вопросов.«То, что мы называем «хорошим другом», является морально гибким.

Многие люди изменяют свои моральные ценности в зависимости от ситуации, — сказал Писарро. Вы можете рационализировать это, сказав, что «корпорации в любом случае зарабатывают слишком много денег», но на самом деле это воровство, даже если это «облегченное» пиратство.

Известный мысленный эксперимент под названием «проблема тележки» иллюстрирует сценарий, в котором тележка несётся к пятерым рабочим.Вы можете спасти этих рабочих, потянув за переключатель, чтобы перенаправить тележку на другой путь, где есть только один человек. Вы дергаете выключатель? Один выбор является морально жестким (не убивать), другой — гибким (нарушить правила и спасти многих).

Проницательность может быть добродетелью, сказал Писарро. Возможно, поэтому мы не так заинтересованы в программировании искусственного интеллекта с моральным кодексом, опасаясь, что он не будет распознавать контекст и учитывать обстоятельства.

— Нам нужна гибкость, — сказал Писарро.«Отчасти это может быть связано с тем, что мир настолько сложен, что нет правил, которые действительно применимы идеально. Это мы знаем. Нет такого принципа, который вы всегда можете сказать, что его нельзя нарушать, потому что вы всегда сталкиваетесь с грязной реальностью, когда вы находитесь перед дилеммой или ситуацией, когда вам нужно сделать трудный выбор».

Эти запутанные реалии иногда могут привести нас к моральным компромиссам. Например, можно ли проводить испытания на горстке животных, чтобы спасти тысячи человеческих жизней.Недавним примером является конфликт, который некоторые люди испытали в связи с отставкой бывшего сенатора Эла Франкена — его обвинили в сексуальных домогательствах и насилии над женщинами, однако во время своего пребывания в Сенате он также отстаивал некоторые женские проблемы, такие как введение меры по сокращению отставания в стране. непроверенных наборов для изнасилования.

«Компромиссы необходимы, потому что практически никто не является святым», — сказал Питер Сингер, моральный философ и профессор биоэтики в Центре человеческих ценностей Принстонского университета.Но насколько оправдан компромисс, зависит от деталей. По его словам, каждый случай должен оцениваться индивидуально.

Если мы постоянно идем на компромиссы, которые приносят пользу нам и наносят ущерб другим, специалисты по этике соглашаются, что это нехороший человек.

«Мы можем рассказывать истории о том, как члены «чужой группы» виновны в чем-то и заслуживают наказания», — сказал Писарро об «опасности» моральной гибкости.

Поступай с другими…

Мораль во многом зависит от того, как мы относимся к другим людям.Но кто эти другие люди?

«Вы прочерчиваете разные границы», — сказал Сингер. Вот почему некоторые люди очень хорошо относятся к своему близкому окружению и к людям, которых они могут считать «такими, как они», но которые могут быть не так добры к человеку другой расы, этнической принадлежности, пола или сексуальной ориентации.

Хорош ли ты, если ты парень, который мил со своей мамой, но груб с незнакомцами? Вы хороши, если часто даете деньги на помощь беженцам, но изменяете мужу?

Философы морали говорят, что хорошие люди хороши для всех — для семьи и для незнакомцев, для людей в своей группе и особенно для тех, кто вне ее.

«Я бы сказал, что сильным основанием для того, чтобы знать, что вы хороший человек, могут быть размышления о том, как вы относитесь к тем, кто недостаточно обслуживается и находится в неблагоприятном положении по отношению к вам», — сказал имам Халид Латиф, исполнительный директор Исламский центр Нью-Йоркского университета. «Те, с которыми я мог бы полностью избавиться от плохого обращения или даже ничего не делать, что я делаю для них?»

Это не только не причинять вреда, но и относиться к людям, животным и нашей общей среде с уважением и достоинством.

— Патриция Г. Барнс (@PatriciaGBarnes) 14 декабря 2017 г.

Раввин Джейкобс соглашается.

«Вся мораль должна основываться на вере в то, что все люди созданы равными и в равной степени заслуживают достоинства и справедливого обращения», — сказала она.

Хороший человек — это тот, кто взвешивает благополучие других (в своем племени и за его пределами) при принятии решений. Для некоторых это противоречит здравому смыслу. Однако племена, состоящие из одного члена, долго не живут.

— Джесси Доллемор (@Dollemore) 14 декабря 2017 г.

Менталитет «племени» может ослепить людей в отношении поведения, которое они в противном случае ненавидели бы.

«Подавляющее большинство зарегистрированных демократов и республиканцев — около 80% — голосуют за прямую партийную линию в обязательном порядке, используя … мысленный ярлык, что, поскольку кандидат принадлежит к партии, к которой я присоединяюсь, он/она по определению является «хороший человек», — сказал Рональд Риджио, профессор психологии лидерства и организационной психологии в колледже Клермонт Маккенна. был хорошим человеком.

Добрым гражданам Алабамы Я знаю, что вы видите хорошего человека в Рое Муре, так что сделайте себе одолжение, осушите болото болезни паразитов в Вашингтоне, и давайте поможем президенту Трампу снова сделать Америку великой с помощью нас, людей .

— Майк Янг (@TheMikester1983) 12 декабря 2017 г.

С чего начать

Прежде чем вы сможете стать хорошим или определить, являетесь ли вы уже им, моральные философы говорят, что вам нужно поразмышлять над собой.

«Сколько времени в своей жизни вы проводили, просто глядя на себя? Нравится буквально в зеркале, причесываться, одеваться? В этом нет ничего плохого, но сравните это с тем, сколько времени вы тратите на поиск вместо », — сказал Латиф.«Большинство людей за всю свою образовательную карьеру не посещают курсы, которые приведут их к пониманию того, почему они любят то, что любят, или почему они ненавидят то, что ненавидят, или почему они действительно стремятся к вещам, к которым они стремятся. . В этих пространствах реально отсутствует самосознание».

Латиф говорит, что мы должны сначала узнать себя, а затем мы можем начать оценивать себя. Для начала и он, и Писарро сказали, что смотрите не на хорошие вещи, которые, как вы знаете, вы сделали, а на плохие вещи, которые вы, вероятно, сделали.

Писарро сказал в свете #MeToo, что он заставил некоторых своих друзей-мужчин задуматься о том, обращались ли они когда-либо с неуважением к женщине. Общий ответ? «Я не сексист. Я бы никогда этого не сделал».

«Я спросил своего друга, который вел себя как бы в обороне: «Как вы думаете, вы когда-нибудь заставляли женщину чувствовать себя некомфортно?» И он такой: «Не так». А я такой: «Нет, а если серьезно, ты когда-нибудь заставлял женщину чувствовать себя некомфортно?» И он очень не хотел отвечать на вопрос», — сказал Писарро.«Все судят о себе по своим намерениям, а других судят по их действиям. Критически взгляните на себя».

Для тех, кто решил стать лучше, самоанализ должен быть не ежегодным ритуалом, а упражнением на всю жизнь.

«Библия говорит нам в Евангелии от Матфея 5:8: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят», — сказал преподобный Уэстли Уэст, пастор-основатель Faith Empowered Ministries в Балтиморе. «Чистота приходит, когда вы принимаете то, где вы находитесь, но понимаете, что не там, где вы должны оставаться.”

Наша концепция морали тесно связана с нашим смыслом жизни. Мы можем попытаться определить это через философию, науку и Бога, но какими бы универсальными ни были наши ценности, мы всегда будем бороться за то, чтобы жить нравственно. Для некоторых быть лучшей версией себя не означает делать только то, что кажется правильным. По словам Сингера, это означает использовать «сердце и голову», чтобы помочь большинству людей наиболее эффективным образом.

«Я считаю, что это влияние, которое вы оказываете», сказал Сингер. «У нас есть возможность делать вещи, которые делают мир лучше или хуже и….. мы должны использовать эти возможности, чтобы сделать как можно больше добра». люди, о которых мы слышим и которыми восхищаемся, сделали что-то. о себе и мире

Путеводитель: 13 способов пожертвовать на благотворительность без ущерба для бюджета

Хотите пожертвовать деньги в праздничный сезон? Определите, куда лучше всего вложить свои доллары, используя Charity Navigator, GuideStar или Better Business Руководство Бюро по мудрым пожертвованиям.Вы также можете посетить организацию Питера Сингера «Жизнь, которую вы можете спасти», чтобы помочь определить благотворительные организации, на которые ваши деньги могут оказать наибольшее влияние.

Следите за Алией Дастагир в Твиттере @alia_e

Определение моральной слабости | Английский толковый словарь

мораль

  
      прил  

1    связанные с человеческим поведением или связанные с ним, особенно различие между хорошим и плохим или правильным и неправильным поведением  
нравственное чувство     

2    соблюдение общепринятых стандартов поведения 

3    основанный на чувстве правильного и неправильного по совести  
нравственное мужество, нравственный закон     

4    оказывающий психологическое, а не материальное воздействие  
моральная поддержка     

5    имеющий последствия, но не видимость (победы или поражения)  
моральная победа, моральное поражение     

6    высокая вероятность  
моральная уверенность     

7      (Закон)   (доказательств и т. д.) основанный на знании склонностей человеческой природы  
      n  

8    урок, который можно извлечь из басни или события  
балл мораль     

9    краткая истина; Максим  

10    pl   принципы поведения в соответствии со стандартами правильного и неправильного  
     (C14: от лат.   морально      нареч  

моральный риск  
      n     (Страхование)   риск, понесенный страховой компанией в связи с возможным отсутствием честности или осмотрительности среди страхователей  

моральное большинство  
      n   предположительное большинство людей, которые, как считается, выступают за более строгий кодекс общественной морали  
     (C20: после «Морального большинства», правой религиозной организации США, основанной на молчаливом большинстве)  

философия морали  
      n   раздел философии, занимающийся как аргументами о содержании морали, так и метаэтическими дискуссиями о природе морального суждения, языка, аргументов и ценностей  

Моральное перевооружение  
      n   всемирное движение за нравственное и духовное возрождение, основанное Фрэнком Бухманом в 1938 г. (также называемое) Бухманизм     (прежнее название) Оксфордская группа

моральная теология  
      n   раздел теологии, занимающийся этикой  

Zorrilla y Moral     (испанский)  
      n   Хосе (xo’se).1817-93, испанский поэт и драматург, известный своими романтическими пьесами, основанными на народных легендах, особенно. Дон Хуан Тенорио (1844 г.)  

Почему такая моральная слабость?

Радха Бернье — Индия
(из «На сторожевой башне», The Theosophist , декабрь 2005 г.)

Возникает вопрос, почему большинство людей морально так слабы. Даже хорошо образованные люди с хорошим семейным прошлым становятся жертвами искушений, которые могут даже не казаться им искушениями. Например, когда группа людей сплетничает о ком-то, у скольких есть моральные силы не присоединиться к ним, и у скольких будет оказывать влияние против пустословия? Очень мало.Большинство людей тянутся по тому течению, в котором они оказались.

Очень распространено искушение в виде стремления к власти. Известно, что хорошо воспитанные и скромные люди поддаются ему, достигая положения власти над другими — людьми и животными. Тогда стремление к власти распространяется, и в кризис такие люди могут делать ужасные вещи.

Искушение не снаружи, а внутри разума, как понял Оскар Уайльд, когда сказал: «Я могу сопротивляться всему, кроме искушения».Но мы можем укрепить себя внутренне и настроить в собственном теле такие вибрации, чтобы они отталкивали нежелательные внешние силы и делали нас нравственно и духовно безопасными. Почти каждый день на физическое тело каждого человека нападают загрязняющие элементы и энергии, в том числе автомобильные выхлопы, вирусы и прочее. Только люди с хорошим здоровьем способны противостоять им. Точно так же тонкие тела (эфирное, астральное и ментальное) также подвергаются воздействиям извне. Поскольку эти тела проникают друг в друга и реагируют друг на друга, каждый уровень влияет на то, что происходит в других, что объясняет, почему гнев может вызвать язву желудка или высокое кровяное давление и так далее.

В настоящее время проводятся эксперименты по наблюдению за глобальным сознанием, которые могут подтвердить то, что мы давно знаем теософски, что сумма эмоций и мыслей, преобладающих в мире, может воздействовать на различные группы людей или индивидуумов, подталкивая их к дружелюбию или недоброжелательности, великодушию. или собственничество. Когда происходит всплеск эмоций и масштабное давление на слабых, они не в силах сопротивляться правонарушениям. Социальная история показывает, что на низшем астральном уровне существуют скрытые эмоциональные силы, которые могут заставить обычно приятных, но слабых людей согласиться или присоединиться к жестоким, вульгарным или другим нежелательным действиям.
Существует также всепроникающая сила умственного беспокойства, толкающая слабые умы в рассеяние и мешающая им успокоиться. Поскольку низший разум в целом упивается собственной важностью, даже небольшая должность, ярлык или какой-либо титул заставляют людей думать, что они лучше других.

У Стоп Мастера ясно объясняет простыми словами, что астральное тело «хочет, чтобы вы злились, говорили резкие слова, ревновали, были жадными» и так далее; и «ваше ментальное тело желает считать себя гордо отделенным».Но мы не наши тела. Когда мы больше осознаем это, мы становимся устойчивыми к унижающим вибрациям и наделяемся чувствительностью и заботой о других. Учение Будды «Перестань делать зло». Научитесь делать добро» подразумевает, что когда человек поддается злу, он склонен быть безразличным к добру.

Когда мы чувствуем себя важными и превосходящими, мы должны думать о том, что на самом деле является великим. Может ли внешняя личность когда-либо быть великой? С духовной точки зрения прекрасно, когда оно упраздняет себя и становится простым орудием высшей духовной природы, не индивидуальной, не моей и не вашей, а вселенского духа. Свет на Пути учит «Желать силы горячо». Это кажется плохим советом, но за ним следует утверждение, что единственная сила, достойная желания, — это сила казаться ничем в глазах людей. Нужна большая нравственная сила, чтобы достичь того состояния, когда не хочется быть ничем и не льстит мысли, что ты кто-то.

В Письмах Махатм , есть упоминание о «тысяче и одной ярости», которые паломник должен победить — Сомнение, Скептицизм, Презрение, Зависть и так далее.В буддийской традиции эти фурии, называемые огнями, сводятся к гневу, жадности и заблуждению. Возможно, их можно еще сократить и обобщить словом «жадность» — жадность к власти, обладанию и удовольствиям. Эти три формы жадности являются основой, из которой возникают все малые «огни». Например, если есть жадность, есть и соперничество, гнев, зависть и так далее. Жажда власти — одна из самых пагубных, а жажда обладания и удовольствий может толкнуть людей на совершение ужасных преступлений.

Итак, мы должны научиться путям и средствам сохранять нашу внутреннюю целостность, нашу истинную природу, и не быть утянутыми силами, которые приходят со всех сторон — снаружи и изнутри. Искушение приходит в мириадах форм, и наша задача состоит в том, чтобы создать в себе такую ​​безупречную чистоту и самоотверженность, чтобы мы естественным образом, а не просто как идея, отказались от любви к власти, обладанию и удовольствиям и развили чувствительность и открытость к истинному. и хорошее.

Моральный характер (Стэнфордская философская энциклопедия)

Английское слово «характер» происходит от греческого charaktêr, , который изначально использовался для знака запечатлено на монете.Позднее и в более общем плане «характер» стал обозначать отличительный знак, с помощью которого вещь отличалась от других, и тогда прежде всего означала совокупность качеств, отличающих одного человека от другого. В современном использовании этот акцент на самобытности или индивидуальности имеет тенденцию объединять «характер» с «личностью». Мы могли бы сказать, например, когда думаем о человеке идиосинкразические манеры, социальные жесты или привычки в одежде, которые «у него есть личность» или что «он довольно персонаж.

Однако, как показано во введении выше, философская использование слова «персонаж» имеет различную лингвистическую история. В начале Книги II Никомахова г. Этика , Аристотель говорит нам, что есть два разных вида человеческое совершенство, совершенство мысли и совершенство персонаж. Его фраза о достоинствах характера — êthikai aretai – мы обычно переводим как «моральная добродетель(и)» или «моральное совершенство(я)». Греческое êthikos (этический) является родственным прилагательным с êthos (персонаж).Когда мы говорим о моральной добродетели или совершенство характера, акцент делается не только на самобытность или индивидуальность, а от сочетания качеств которые делают человека своего рода этически достойным восхищения человеком, которого он является.

В этой статье речь пойдет о «моральном характере» на греческом языке. чувство наличия или отсутствия моральной добродетели. Если кому-то не хватает добродетели, она может иметь любой из нескольких моральных пороков, или она может быть охарактеризована состояние где-то между добродетелью и пороком, такое как воздержание или недержание.

2.1 Почему характер имеет значение

Взгляды на моральный характер, которых придерживались Сократ, Платон, Аристотель и стоики являются отправной точкой для большинства других философских рассуждения о характере. Хотя эти древние моралисты расходились во некоторые вопросы о добродетели, имеет смысл начать с некоторых моментов сходство. Эти точки сходства покажут, почему греческое моралисты считали важным обсуждать характер.

Многие диалоги Платона (особенно ранние или так называемые «сократические» диалоги) исследуют природу добродетели и характер добродетельного человека.Они часто начинают с Сократа. попросите его собеседников объяснить, в чем заключается та или иная добродетель. В ответ, собеседники обычно предлагают поведенческие отчеты о добродетели. Например, в начале Платона Лахес персонаж Лахес предполагает, что мужество состоит из стоять на своем в бою. В Charmides , Хармидес предполагает, что воздержание состоит в том, чтобы действовать тихо. в Республика , Кефал предполагает, что справедливость заключается в предоставлении вернуть то, что взяли взаймы.В каждом из этих случаев у Платона есть Сократ. отвечайте тем же. В «Республике » Сократ объясняет, что возвращение того, что занял, не может быть тем, чем является справедливость, ибо бывают случаи, когда отдавать взятое взаймы было бы глупо, и праведник признает, что это глупо. Если человек из тот, кого вы одолжили мечом, сходит с ума, это было бы глупо для вас вернуть меч, потому что тогда вы ставите себя и других в Опасность. Подразумевается, что справедливый человек может распознать, когда он разумно вернуть то, что он занял.Точно так же, как Сократ объясняет в Laches , твердо стоять в бою нельзя мужество, ибо иногда твердо стоять в бою просто глупо выносливость, которая подвергает себя и других ненужному риску. То мужественный человек может распознать, когда разумно выстоять землю в бою, а когда нет.

Проблема, с которой можно столкнуться, пытаясь дать чисто поведенческий анализ. Учет добродетели объясняет, почему греческие моралисты обращаются к характеру объяснить, что такое добродетель.Возможно, большинство из нас может признать, что было бы глупо рисковать своей жизнью и жизнями другие, чтобы получить тривиальную выгоду, и что большинство из нас может видеть, что несправедливо причинять вред другим, чтобы обеспечить себе власть и богатство. комфорт. Нам не нужно быть добродетельными, чтобы распознавать эти вещи. Но греческие моралисты считают, что для этого нужен человек с хорошими моральными качествами. регулярно и достоверно определять, какие действия уместно и разумно в пугающих ситуациях и что требуется кто-то с хорошими моральными качествами, чтобы определить с регулярностью и надежность, как и когда обеспечить товары и ресурсы для себя и другие.Вот почему Аристотель утверждает в Никомаховой этике II.9 что нелегко определить в правилах, какие действия заслуживают моральную похвалу и порицание, и что эти вопросы требуют решения добродетельный человек.

2.2 Добродетель и счастье

Большинство греческих моралистов думают, что, если мы рациональны, мы стремимся к хорошо жить ( eu zên ) или счастье ( эвдемония ). Жизнь хорошо или счастье наша конечная цель в что концепция счастья служит для организации наших различных второстепенные цели, указывая на относительную важность наших целей и указав, как они должны вписываться в некоторые рациональные общая схема.Итак, стоики отождествляют счастье с «живым когерентно» ( homologoumenôs zên ) и Аристотель говорит, что счастье «совершенно» или «полный» ( telios ) и что-то отчетливо человек. Когда мы живем хорошо, наша жизнь достойна подражания и хвалить. Ибо, по мнению греческих моралистов, то, что мы счастливы, говорит что-то о нас и о том, чего мы достигли, а не просто о счастливые обстоятельства, в которых мы оказались. Так они спорят что счастье не может состоять просто во «внешних благах» или «благом состояния», ибо эти блага являются внешними по отношению к нашему собственный выбор и решение.Каким бы ни было счастье, оно должно учитывать того факта, что счастливая жизнь — это жизнь рациональных агентов, которые действуют и которые не просто жертвы своих обстоятельств.

Греческие моралисты заключают, что счастливая жизнь должна давать выдающуюся место проявлению добродетели, ибо добродетельные черты характера стабильны и долговечны и являются продуктом не удачи, а обучения или выращивание. Более того, добродетельные черты характера являются совершенствами. человека в том, что они являются лучшим упражнением разума, которое деятельность, характерная для человека.Таким образом, греч. философы утверждают, что добродетельная деятельность завершает или совершенствует человеческую жизнь.

2.3 Некоторые греческие разногласия по поводу добродетели

Хотя греческие философы согласны с тем, что счастье требует добродетели и, следовательно, счастливый человек должен иметь добродетельные черты характера таких как мудрость, храбрость, умеренность и справедливость, они расходятся в как понять эти черты. Как объяснялось в разделе 2.1 выше, несколько диалогов Платона критикуют представление о том, что добродетели просто тенденции действовать определенным образом.Храбрость требует большего чем противостоять угрозам себе и другим. Храбрость также требует признания, когда противодействие этим угрозам является разумным и уместно, и это требует действия по собственному признанию. Это привело греческих моралистов к выводу, что добродетельные черты характер имеют два аспекта: (а) поведенческий аспект – действие конкретные виды действий и (б) психологический аспект – иметь правильные мотивы, цели, заботы и перспективу. Греческий философы в основном расходятся во мнениях относительно того, что включает в себя (б).Особенно, они расходятся во мнениях относительно роли, которую играют в добродетельных чертах характера когнитивные состояния (например, знание и убеждение), с одной стороны, и аффективные состояния (например, желания, чувства и эмоции) с другой стороны. Сократ и стоики утверждали, что только когнитивные состояния необходимо для добродетели, в то время как Платон и Аристотель утверждали, что оба необходимы когнитивные и аффективные состояния.

Сократ (469–399 до н. э.)

В платоновском « Протагоре » Сократ, кажется, отождествляет счастье удовольствием и объяснять различные добродетели как инструментальные средства получения удовольствия.На этом взгляде (позднее возрожденном Эпикур, 341–271 гг. до н. э.), иметь добродетельный характер — это просто дело в том, чтобы быть осведомленным о том, что приносит нам больше удовольствия, а не чем меньше. В Протагора Сократ признает, что большинство люди возражают против этой точки зрения. «Многие» полагают, что имея добродетельный характер требует большего, чем знание, потому что знание не гарантирует, что человек будет действовать, исходя из своих знаний, и сделает добродетельное действие. Кого-то могут одолеть гнев, страх, похоть и других желаний и действовать против того, что, по его мнению, принесет ему больше удовольствие, а не меньше.Другими словами, у него может быть недержание или безвольный. Сократ отвечает, что такие случаи следует понимать по-другому. Когда, например, трусливый человек бежит с боя чем подвергать свою жизнь опасности, даже если может показаться, что он преследует более приятное действие, он на самом деле просто не знает о большей удовольствие, которое можно получить, вступив в бой и отважно действуя. В другими словами, недержание мочи невозможно, по Сократу.

Платон (428–347 до н. э.)

Беспокойство «многих» по поводу недостаточности знаний для обеспечения добродетельного действия предполагает, что добродетельный характер включает в себя не только когнитивный элемент, но и некоторый аффективный элемент.Обе Платон и Аристотель утверждают, что добродетельный характер требует характерное сочетание когнитивных и аффективных элементов. в Республика Платон делит душу на три части и дает каждому свой вид желания (рациональное, аппетитное или бодрый). Как типы нерационального желания, аппетитного и энергичного желания могут конфликтовать с нашими рациональными желаниями о том, что способствует для нашего общего блага, и иногда они побуждают нас действовать так, как мы признать противоречащими нашему общему благу.Когда это происходит, мы недержание. Итак, чтобы быть добродетельными, мы оба должны понимать, что способствует нашему общему благу и придает бодрости и аппетита желает получить правильное образование, чтобы они согласились с руководством обеспечивается разумной частью души. Платон описывает воспитание неразумных частей души во II и III книгах Республика . Потенциально добродетельный человек учится в молодости любить и получать удовольствие от добродетельных поступков, но должен ждать, пока поздно в жизни, чтобы развить понимание, которое объясняет, почему то, что он любит это хорошо.Как только он узнает, что такое добро, его осознанная любовь добра объясняет, почему он поступает так, а не иначе, и почему его действия добродетельный.

2.4 Аристотель (384–322 до н. э.)

Аристотель принимает платоновское разделение души на два основных частей (рациональной и нерациональной) и соглашается, что обе части способствуют добродетельному характеру. Из всех греческих моралистов Аристотель дает наиболее психологически проницательное описание добродетельный характер. Поскольку многие современные философские трактовки характера (см. Разделы 3 и 4 ниже) обязаны анализа Аристотеля, лучше всего обсудить его позицию в какой-нибудь деталь.

Аристотелевское определение хорошего нравственного характера

Аристотель определяет добродетельный характер в Никомаховой этике II.6:

Таким образом, превосходство [характера] есть состояние, связанное с выбором, лежащий в среднем по отношению к нам, определяемый разумом и в способ, которым человек практической мудрости ( phronimos ) определил бы это. Теперь это середина между двумя пороками, то, что зависит от избытка, а то, что зависит от недостатка.(1106b36–1107a3)

Называя совершенство характера состоянием, Аристотель имеет в виду, что оно ни чувства, ни способности, ни простой склонности вести себя конкретные способы. Скорее это устоявшееся состояние, в котором мы находимся, когда благополучны в отношении чувств и действий. Нам хорошо в отношение к нашим чувствам и действиям, когда мы находимся в среднем или промежуточное состояние по отношению к ним. Если, с другой стороны, у нас есть порочный характер, мы не в ладах с чувствами и действия, и мы не в состоянии поразить среднее значение в отношении их.

Так что попасть в середину непросто. «Любой может рассердиться — что легко – или дать или потратить деньги; но сделать это для нужный человек, в нужном объеме, в нужное время, с нужным цель, и в правильном направлении, это не для всех, и это не легкий.» Вот почему добро похвально ( epaineton ) и штраф ( калон ) ( Никомахова этика 1109a26–30).

Добродетель как среднее состояние

Аристотель подчеркивает, что среднее состояние не есть среднее арифметическое. но один относительно ситуации.Различные особые добродетели проиллюстрируйте, что имеет в виду Аристотель. Каждая добродетель установлена ​​над или связанные с конкретными чувствами или действиями. Достоинство мягкости или хорошее настроение, например, связано с гневом. Аристотель думает что мягкий человек должен злиться на некоторые вещи (например, несправедливость и другие формы плохого обращения) и должны быть готовы постоять за себя и тех, кто ему дорог. Не делать этого было бы в Аристотеля, указывают на нравственно ущербный характер невозмутимый человек.Также было бы неуместно обижаться и сердиться, если сердиться не на что. Это реакция указывала бы на морально чрезмерный характер вспыльчивый человек. Реакции мягкого человека соответствуют ситуация. Иногда уместен сильный гнев; в другие времена спокойный отряд есть.

Психологическое единство добродетельного человека и разобщенность недобродетельных состояний

Что эмоциональные реакции добродетельного человека уместны к ситуации указывает на то, что ее эмоциональные реакции находятся в гармонии с ее правильными рассуждениями о том, что делать.Аристотель говорит, что неразумная часть души добродетельного человека «говорит с тот же голос» ( homophônei , Никомахова Этика 1102b28) как рациональная часть. Что добродетельный душа человека едина и не раздираемая конфликтами отличает состояние добродетели из различных недобродетельных состояний, таких как как воздержание ( enkrateia ), недержание мочи ( akrasia ), и вице ( какиа ) в целом.

Аристотель, по-видимому, полагал, что, по сути, любой недобродетельный человек страдает от внутренних сомнений или конфликтов, даже если на первый взгляд кажется быть психологически едиными, как добродетельные люди.Хотя порочный человек может показаться целеустремленным в своем презрении к справедливости и стремления к материальным благам и власти, она должна искать компании других, чтобы забыть или игнорировать свои собственные действия. Аристотель кажется, имеет это в виду, когда говорит о порочных людях в Никомахова этика IX.4, что они не в ладах сами с собой и не любить себя. С другой стороны, добродетельные люди наслаждаются кто они и получают удовольствие от добродетельных поступков.

Подобно морально порочному человеку, воздержанию и невоздержанным людям внутренне конфликтны, но они больше осознают свою внутреннюю смятение, чем морально порочный человек.Воздержание – это, по сути, своего рода самообладание: сдержанный человек понимает, что должен делать и делает, но для этого она должна бороться с притяжением противоречивые чувства. Человек с недержанием также каким-то образом знает что она должна сделать, но она не может этого сделать из-за непокорности чувства.

Позиция Аристотеля в отношении недержания мочи, по-видимому, включает в себя и то, и другое. Сократовские и платоновские элементы. Напомним, что Сократ объяснял очевидно несдержанное поведение в результате незнания того, что ведет к добру.Поскольку, думал он, все желают добра и стремится к этому в своих действиях, никто не стал бы намеренно выбирать курс действий, которые, как считается, в целом приносят меньше пользы. Платон, с другой стороны, утверждал, что недержание может возникнуть, когда человек иррациональные желания побуждают его действовать способами, не одобряемыми его рациональное стремление к большему благу. Аристотель, по-видимому, согласен с Сократ, что когнитивное состояние человека с недержанием дефектный в момент невоздержанного поведения, но он также соглашается с Платоном, что иррациональные желания человека вызывают непроизвольное действие.Возможно, именно это имеет в виду Аристотель, когда пишет что «положение, которое Сократ стремился установить на самом деле кажется результатом; ибо это не то, что считается собственно знанием что страсть побеждает… но перцептивное знание» ( Никомахова этика , 1147b14–17).

Нравственное воспитание и функция человека

Потому что Аристотель считает добродетель единым, неконфликтным состоянием. где эмоциональные отклики и рациональные оценки говорят об одном и том же голоса, он, как и Платон, считает, что воспитание нашего эмоционального Ответы имеют решающее значение для развития добродетельного характера.Если наш эмоциональные реакции воспитаны должным образом, мы научимся принимать удовольствие или боль в правильных вещах. Подобно Платону, Аристотель считает что мы можем считать удовольствия и страдания человека признаком его состояние характера.

Чтобы объяснить, на что похожи удовольствия добродетельного человека, Аристотель возвращается к идее, что добродетель есть превосходное состояние человек. Добродетель – это состояние, которое делает человека хорошим и делает хорошо выполняет свою функцию ( Никомахова этика 1106a15–24).Его функция (его ergon или характеристика деятельность) является рациональной деятельностью, поэтому, когда мы полностью упражняемся хорошо развиты разумные способности, когда мы осознаем нашу природу как рациональную существа, мы хорошие (добродетельные) люди и живем хорошо (мы счастливым) ( Никомахова этика , I.7).

Согласно Аристотелю, люди могут рассуждать так, как нечеловеческие животные не могут. Они могут размышлять о том, что делать, о том, какого рода жизней, чтобы жить, о том, какими людьми быть.Они могут искать причины действовать или жить так, а не иначе. Другими словами, они могут участвовать в практических рассуждениях. Они также могут думать о природа мира и почему он ведет себя так, а не иначе. Они могут рассматривать научные и метафизические истины о Вселенной. Этот заключается в том, чтобы заниматься теоретическими рассуждениями («созерцанием» или теория ). Среди ученых нет согласия относительно можно ли и как различать эти типы рассуждений. (Для обсуждение теоретического и практического разума у ​​Аристотеля см. связанная запись на Этика Аристотеля.) Но, как мы увидим, когда будем обсуждать аристотелевскую Политика , для целей данного обсуждения мы можем предположить, что теоретическая и практическая рациональная деятельность, по крайней мере, связаны виды рациональной деятельности, каждый из которых включает в себя осуществление способность мыслить, знать и рассматривать истины, которые один разобрался.

Как полностью реализовать эти способности? Не становясь мастером в каждом вид деятельности, в котором обдумывание и суждение на основе Причина призвана.Ибо тогда нужно было бы овладеть всеми видами культурная, научная и философская деятельность. Скорее, Идея Аристотеля состоит в том, что человек развивает эти способности в той мере, в какой он наслаждается и ценит осуществление своего реализованного рациональные способности в самых разных и даже, казалось бы, несвязанные виды деятельности. Когда это происходит, его осуществление этих Способности являются постоянным источником самоуважения и удовольствия. Он начинает любить свою жизнь и самого себя и теперь по-настоящему любит себя ( Никомахова этика 1168b28–1169a3).

В Никомаховой этике ) IX.8 Аристотель разъясняет мотивы и рассуждения добродетельных людей, противопоставляя истинное себялюбие дефектный тип, который заслуживает порицания. Люди с предосудительным себялюбие больше всего хочет иметь наибольшую долю денег, почестей и телесные удовольствия (ср. Никомахова этика I.5). Потому что один человек не может иметь большую долю, не отказывая в этом благе другим, это товары, за которые спорят и борются. Этот конкурентный подход к этим внешним благам приводит ко всякого рода морально порочное поведение, например, чрезмерное ( pleonexia ), агрессия, расточительная роскошь, невоздержанность, хвастовство и тщеславие.В отличие от укоризненных самолюбов, настоящие эгоисты будут получать удовольствие от правильных вещей (они будут пользоваться своими совещательными полномочиями и полномочиями по принятию решений а не накопление богатства или власти). В результате они будет избегать многих действий, и не будет привлекаться ко многим из удовольствий, общих пороков. Потому что у них правильный настрой к внешним благам, они будут готовы пожертвовать такими благами, если тем самым они достигают того, что прекрасно. Они признают, что когда все концентрируются на том, чтобы делать то, что хорошо, их действия способствуют общее благо ( Никомахова этика 1169а6).добродетельный рассуждения человека отражают его правильное представление о том, как жить (у него phronêsis или практическая мудрость) и его беспокойство о штрафе: он видит, что его собственное благо включено в благо общества ( Никомахова этика 1169a3–6).

Потребность в отношениях и сообществе

Поскольку благо индивидуума включено в благо общности, полной реализации индивидуального разумного Силы — это не то, чего он может достичь или поддерживать самостоятельно.это трудно, говорит Аристотель в Никомаховой этике IX.9, для одинокому человеку быть постоянно активным, но с ним легче другие. Чтобы полностью реализовать свои силы, нам нужна хотя бы группа товарищи, которые разделяют наши интересы и с которыми мы можем сотрудничать, чтобы достижения наших взаимно признанных целей. В таком кооперативе деятельность, мы являемся частью более крупного предприятия, поэтому, когда другие действовать, как будто мы тоже действуем. Таким образом, эти мероприятия расширяют наши представления о том, кто такие «мы», и они делают использование наших сил более непрерывно и более стабильно.Примеры перечислены Аристотель включает в себя моряков на корабле, солдат в экспедиции, члены семьи, деловые отношения, религиозные объединения, граждане политического сообщества и коллеги, занимающиеся созерцательная деятельность. Как объясняет Аристотель в Риторике II.4, если мы и наши партнеры по сотрудничеству будем ответственно выполнять свою часть работы, каждый разовьет чувства дружбы к другим участникам. В таким образом, успешная совместная деятельность трансформирует желания и мотивы.Хотя мы, возможно, инициировали деятельность для корыстных соображений, психологический результат состоит в том, что мы приходим к как наши партнеры по сотрудничеству и развивать заботу об их благе ради них самих. Это изменение, указывает Аристотель, вызвано происходят в нас. Это не выбрано. Как только узы дружбы формируются, Для нас естественно проявлять социальные добродетели, описанные Аристотелем в Никомахова этика IV.6–8, которые включают щедрость, дружелюбие и мягкость нрава.

Аристотель считает, что помимо дружбы, более широкие социальные отношения необходимы для полного развития нашего рационального силы.В Никомаховой этике I.7 он говорит, что мы природные политические существа, чьи способности полностью реализуются в особый тип политического сообщества ( полис или город-государство). Идеальное политическое сообщество Аристотеля возглавляют граждане, которые признают ценность полноценной активной жизни и цель которой состоит в том, чтобы сделать лучшую жизнь для своих сограждан, тем самым содействие общему благу ( Политика 1278b19–26, ср. 1280b8–12). Когда граждане обсуждают и издают законы о образовательная, должностная и экономическая политика сообщества, их цель состоит в том, чтобы определить и продвигать условия, при которых граждане могут в полной мере развивать свои совещательные способности и способность принимать решения полномочий ( Политика 1332b12–41).

Так, Аристотель рекомендует в Политике VII-VIII, что город обеспечить систему государственного образования для всех граждан, радикальная для своего времени рекомендация. Он предполагает, что молодой люди научатся не просто читать и писать, но и ценить красоту окружающего мира и получить некоторое представление о как работает Вселенная. Если образование будет успешным, молодые люди хотят использовать свои силы в решении, суждении и различении. Тогда они будут иметь все шансы занять свое место в качестве лица, принимающие решения в собрании граждан и судебной системе, и, из-за жеребьевки и системы ротации должностей, в конечном итоге обладатели государственных должностей.Экономическая политика города поддерживает цель политических и образовательных учреждений. Потому что Аристотель видит, что гражданам нужны материальные ресурсы, если они хотят в полной мере участвовать в общественной жизни, он рекомендует государству раздать земельные участки всем. Однако, по его мнению, нет необходимости установить экономическое равенство, пока существующее неравенство недостаточно велика, чтобы способствовать формированию элитных групп или вызвать обоснованный гнев или зависть. Эти различные политики – образовательная, политическая, экономическая – сделать возможным смысл справедливости проникнуть в город, поскольку они служат подтверждением того, что все граждане ценятся как равные практические совещатели и политики.

Критика Аристотелем девиантных политических государств принимает связанная линия: состояния, поощряющие потребление и накопление внешних товаров ради них самих, или государств, поощряющих войну и военное превосходство как самоцель, ошибаются в природе лучшая человеческая жизнь. Граждане таких государств вырастут и будут любить больше всего нечто иное, чем осуществление реализованных человеческих рациональных сил, и в результате они будут подвержены таким традиционным порокам, как несправедливость, отсутствие великодушия и несдержанность.

Чтобы хорошо жить, требуется активное политическое обсуждение и политика объясняет, почему Аристотель исключает естественных рабов, женщин, и работников физического труда от гражданства, и помогает прояснить его точку зрения что граждане должны быть частными собственниками. У Аристотеля точки зрения, естественные рабы лишены способности к обдумыванию и принятие решений, необходимых для хорошей жизни. У женщин есть совещательная способность, но не «авторитетная». Рабочие заняты производством предметов первой необходимости.Они обладают полномочиями по принятию решений, но их осуществление ограничено потребность рабочего в выживании, ибо он должен соответствовать требованиям условия его работы. Кроме того, ручная работа часто скучна и повторяющиеся, предъявляющие мало требований к рациональным силам рабочих. Как владельцы частной собственности, граждане не уязвимы для этих проблемы. Имея частную собственность, человек имеет запас ресурсы, находящиеся под его контролем; его решение определяет, что случается с этим. Таким образом, он может получать удовольствие от щедрого действия – от помощи своим друзьям, гостям и товарищам.

Для более подробного обсуждения отношения между Аристотелем этические и политические взгляды, см. Irwin (1985, 1996, 2007), Kraut (2002) и Шофилд (2006). О рассуждениях Аристотеля о дружба, см. Cooper (1980).

Резюме

Платон и Аристотель сходятся во мнении, что высокие моральные качества требуют большего. чем сократовское понимание добра. Они думают, что добродетель требует гармонии между когнитивными и аффективными элементами человек. Аристотель пытается объяснить, в чем состоит эта гармония, изучение психологических основ нравственного характера.Он думает что добродетельный человек характеризуется нестереотипным себялюбие, которое он понимает как любовь к упражнению полностью осознанная рациональная деятельность. И все же эта любовь к себе не индивидуальна. достижение. Его развитие и сохранение требуют (а) дружбы в котором люди желают добра другим ради собственного ради и (б) политическое сообщество, где граждане равны и аналогичны, и где политические и экономические договоренности способствуют Условия, при которых процветают любовь к себе и дружба.

2.5 Стоические взгляды на персонажа

Стоическая школа философии просуществовала около пяти столетий, начиная с его основание около 300 г. до н.э. до второго века нашей эры. Подобно Сократу, Платон и Аристотель, философы-стоики расходились по некоторым вопросам о добродетелях, но, похоже, они имели и общее ядро просмотров. В этом разделе статьи о характере мы кратко обсудим их общие взгляды.

Философы-стоики придерживаются взгляда на характер, близкого Сократа, но они достигают его через соглашение с Аристотелем.Стоики исходят из того, что хорошая жизнь для человека — это жизнь в гармония с природой. Они согласны с Аристотелем в том, что человек сущность бытия есть жизнь в согласии с разумом. Итак, чтобы найти то, что в согласии с природой, они смотрят на развитие человека рациональные силы бытия. Они думают, что когда человек начинает использовать разум как инструмент для удовлетворения и организации своих желаний и аппетиты, он начинает ценить применение разума ради него самого. Он понимает, что поведение, демонстрирующее рациональный порядок, гораздо более ценнее любых природных преимуществ (таких как здоровье, дружба или общность), преследуемые его индивидуальными действиями.Человек добро ведь, как утверждал Аристотель, должно быть устойчивым, при нашем контроль, и трудно отнять у нас. Стоики пришли к выводу, что человеческое благо состоит в превосходной разумной деятельности, ибо человек может направлять действия по рациональному выбору, какими бы несчастьями он ни сталкиваться. Добродетельный человек становится мудрецом ( sophos ), который имеет и действует на знании добра. Его действия продиктованы его представления о преимуществах совершенствования своей рациональности путем действует в соответствии с рациональным порядком природы.Подобно Сократу, Стоический взгляд на добродетель фокусируется на добродетельном человеке. когнитивное состояние: это его знание рационального порядка Вселенной и его желанием соответствовать тому рациональному порядку, который ведет ему действовать так, как он.

Чтобы быть добродетельным, нет необходимости развивать какие-либо способности, кроме познавательные способности, поскольку стоики утверждают против Платона и Аристотеля что в душе действительно нет нерациональной части. Хотя Стоики признают, что существуют такие страсти, как гнев, страх и т. они трактуют их как ошибочные суждения о добре и зле.Поскольку мудрец или добродетельный человек мудр и не ошибается суждения о добре, у него нет страстей. Так что, если мудрец потеряет естественные преимущества в несчастье, он не испытывает к ним никаких эмоций. Скорее, он рассматривает их как «равнодушных». ( адиафора ). Тогда можно задаться вопросом, как мудрец может по-настоящему можно назвать добродетельным. Ибо если он заботится о здоровье и благополучии себя и других как равнодушных, зачем ему действовать, чтобы обезопасить или защищать свое благополучие или благополучие других, как предположительно добродетельный человек было бы? Стоики отвечают, что естественные преимущества все еще преследуются, но только для того, чтобы достичь согласия с природой и полностью реализовать свое рациональные силы.Они являются «предпочитаемыми равнодушными».

В отличие от Платона и Аристотеля, стоики не считали добродетель развивается и поддерживается каким-либо конкретным типом сообщества. Предоставляется, социальные отношения и сообщество являются одними из предпочтительных индифферентны в том смысле, что их следует предпочесть противоположным условиях вражды, войны и вражды. Но они не нужны для чьего-либо счастья. Если мы их теряем, это не потеря настоящее добро. Так, стоик Эпиктет (ок. 55–ок. 135), вольноотпущенник, утверждал, что смерть членов семьи не является реальной потерей и не хуже разбивания чашки.Сообщество, которое сделало материя для стоиков была космической. Когда люди достигают совершенства рациональности, они согласуются с рациональным порядком вселенной, управляемой по божественному разуму. Это показывает, что все мы, добродетельные или нет, управляются одним законом и, таким образом, принадлежат одному универсальному сообществу. как рациональное существ, мы признаем это, потому что мы признаем, что мы разделяем разум с другие человеческие существа. Стоик Марк Аврелий (121–180), римлянин император, делает связи таким образом: «Если это так [т. е. эта причина является общей], то также причина, которая предписывает то, что должно быть сделано или оставлено невыполненным, является обычным явлением.Если это так, то и закон общий; если это так, то мы граждане; если это так, то мы участники одной конституции; если это так, то Вселенная есть своего рода Содружества» (Марк Аврелий, «Размышления », IV.4). Стоики пришли к выводу, что мы, как разумные существа, не причина не распространять нашу заботу за пределы нашей семьи, друзей и непосредственное общение с нашими согражданами мирового сообщества.

Стоики стали представлять образ жизни, согласно которому кто-то может стремиться к благополучию других, будь то друг или незнакомец, не заботясь о материальном вознаграждении или мирском успехе.Потому что их взгляд на добродетель не зависел от какой-либо конкретной социальной или политической структуры, их послание содержало призыв ко всем видам люди, греки или не греки, рабы или свободные, богатые или бедные.

Для более подробного обсуждения взглядов греков на характер см. Дент. (1975), Ирвин (1989, 1996) и Шерман (1989).

Со времени публикации книги Анскомба «Современная мораль Философия» в 1958 году (см. Введение выше), она стала привычка говорить, что добродетелью и моральным характером пренебрегали темы в развитии западной моральной философии со времен греки.Вместо того, чтобы думать о том, что значит процветать и жить что ж, философы-моралисты, как утверждается, сосредоточились на другом совокупность понятий: обязанность, обязанность, право.

Анскомб и другие предположили, как такой шаг мог занять место. Стоические идеи, изложенные выше, возможно, повлияли на раннее христианам, таким как св. Павел, развивать идею естественного закона, относится ко всем людям. Как только христианство стало более распространенным, естественный закон может быть понят с точки зрения Божьих указаний в Библия.Еще позже, после европейских политических революций 17 и 18 вв. интеллектуальное пространство для секуляризованных версий одной и той же идеи. держать: долг или обязанность понимались с точки зрения подчинения моральным закон(ы) или принципы, которые не исходят от Бога, но разработаны люди. Нравственно правильное действие было действием в соответствии с моралью закон(ы) или принципы. При таком взгляде, где в центре внимания находится подчинение нравственному закону, добродетели и нравственные качества вторичны к действиям в соответствии с законом.Тот, кто поступает правильно, может развить постоянные привычки или предрасположенность к этому, и эти привычки затем составляют добродетели или хороший характер.

В этом разделе статьи о нравственном характере будет дано краткое краткое изложение некоторых важных событий как в этом «современный» подход к нравственному характеру и к тому, что кажется быть возрождением дохристианского греческого интереса к психологическим основы характера.

3.1 Ранние теоретики естественного права

В трудах первых теоретиков естественного права греческие взгляды на добродетель иногда подвергалась резкой критике.Хьюго Гроций (1583–1645), например, возражали против подхода Аристотеля. к добродетели и особенно к его попыткам найти средство с точки зрения что понимать справедливость. Неважно, жаловался Гроций, что побуждает кого-то поступать несправедливо — единственное, что имеет значение заключается в том, что несправедливые действия нарушают права других. Гроций признал, что можно развить эмоциональные привычки, поддерживающие правильное действие, но он думал, что это вопрос контроля разума страсти и эмоции, чтобы они не мешали правильному действию.То, что разум должен контролировать страсти, указывает на то, что желаемое состояние состоит в том, чтобы одна часть нас управляла другой, а не обеими частями, в Слова Аристотеля, говоря тем же голосом. На этом взгляде, нравственный облик есть состояние, близкое к тому, что греки считали самообладание или воздержание, чем то, что они считали добродетелью.

Хотя теоретики естественного права склонны уподоблять добродетель воздержание, они все же признавали, что существует область морального жизнь, в которой мотив и характер имели значение.Это была площадь г. «несовершенный долг» (в отличие от «совершенного долг»). При совершенной обязанности то, что причитается, является конкретным и имеет юридическую силу политическим обществом или судами; но действие в согласие с несовершенным долгом не может быть принуждено, и то, что должно несовершенная обязанность неточна. Щедрость является примером последнее, справедливость первого. В случае щедрости человек имеет долг быть щедрым, но никто не может быть юридически принужден быть щедрость, и когда и как проявляется щедрость, точно не уточняемый.Но в случае щедрости мотив агента считает. Ибо если я даю деньги бедняку, которого встречаю на улице и делаю это, потому что я хочу, чтобы другие думали обо мне хорошо, я не поступил великодушно и исполнил свой несовершенный долг. Когда я даю щедро, я должен сделать это из заботы о благе человека, которому я даю деньги.

Для более подробного обсуждения Гроция и теоретиков естественного права см. и о современных разработках, на которые напал Анскомб, см. Schneewind (1990, 1998).Для обсуждения настойчивости аристотелевской этика в период раннего Нового времени и ответ Шнивинду, см. Фреде (2013).

3.2 Кант

Тенденции находить место для мотива и характера в сфере несовершенный долг и уподобление добродетели воздержанию, всплывают на поверхность в сочинения нескольких философов-моралистов 17 -го -го и 18 -й вв. Иммануил Кант (1724–1804) – показательный случай. В «Метафизике морали » Кант разделяет Моральную философию на две области: справедливость или закон на одной стороны ( Доктрина права ), а этики или добродетели — на другой ( Доктрина Добродетели ).Обязанности, образующие предмет Доктрины Права подобны естественным идеальные обязанности теоретиков права: они точны, должны оговоренные другие, и могут быть юридически принудительно применены. Они требуют, чтобы мы предпринять или отказаться от определенных действий. Другие обязанности (которые составляют предмет предмет Доктрины Добродетели ) являются обязанностями принять определенные заканчивается. Многие из них несовершенны в том смысле, что не уточняют, как, когда или для кого (в случае обязанностей перед другими) они должны быть достигнуто.Примеры — это обязанность не дать своим талантам заржаветь или обязанность не отказывать в помощи другим. Потому что нас нельзя заставить принимают цели, но должны делать это по свободному выбору, эти обязанности не юридически исполнимым. Они требуют внутреннего, а не внешнего законодательства, поэтому мы должны навязывать их себе. Потому что, по Канту, мы всегда борясь с импульсами и наклонностями, которые противостоят нравственный закон, нам нужна сила воли и самообладание, чтобы выполнить наши несовершенные обязанности. Это самообладание Кант называет мужеством.

То, что добродетель является формой воздержания для Канта, также предполагает его лечение других черт, таких как благодарность и сочувствие. Несмотря на то что Кант считает, что чувств ни от кого нельзя требовать, некоторые чувства тем не менее связаны с моральными целями, которые мы принимаем. Если мы примем чужое счастье как цель, мы не будем получать злонамеренное удовольствие в их падении. Наоборот, мы, естественно, почувствуем благодарность за их благосклонность и сочувствие к их счастью. Эти чувства облегчит нам выполнение наших обязанностей и является признаком того, что мы склонны к этому.Кант с сочувствием замечает, что «это один из импульсов, которые природа вложила в нас, чтобы делать то, что представление долга само по себе не могло бы осуществиться» (Кант, Метафизика нравов , Ак. 457).

Таким образом, для Канта важно, чтобы мы исполняли обязанности добродетели правильно культивируемые эмоции. Но делать это не значит развивать нашу природа, чтобы две наши части, разум и страсть, соединились и говорить тем же голосом. Скорее, если мы будем выполнять свои обязанности добродетель в правильном духе, одна часть нас, разум, сохраняет контроль над другой частью, страсть.Кант пишет, что добродетель «содержит положительное повеление человеку, а именно: приложить все свои способности и склонности под его (разума) контролем и, таким образом, управлять себя… ибо, если только разум не держит бразды правления в свои руки, чувства и наклонности человека играют главную роль над ним» (Кант, «Метафизика нравов» , Ак. 408).

Более подробное обсуждение взглядов Канта на добродетель см. О’Нил (1996).

Однако есть и другие философы, для которых интерес к добродетели или хороший характер берет оборот больше напоминает греков.Этот возрождение греческих идей можно увидеть у философов, которые проявляют интерес к психологическим основам хорошего характера.

3.3 Юм

Дэвид Юм (1711–1776) явно отдает предпочтение античная этика (Hume, Inquiries , 318), утверждающая, что мораль единственная наука, в которой древние не превзойдены современные (Hume, Inquiries , 330). Как некоторые греческие моралистов, Юм считал, что мораль должна корениться в наших страстных природа.Ибо мораль побуждает нас к действию, тогда как только разум, Юм думал, нет. Его предпочтение древней этике наиболее очевидно. виден в его сосредоточении на природе добродетелей и в его усилиях объяснить, как добродетели возникают из наших чувств и желаний.

Юм делит добродетели на два типа: искусственные и естественные. Искусственные добродетели включают в себя справедливость, выполнение обещаний и верность законное правительство. К природным добродетелям относятся мужество, великодушие, честолюбие, дружба, щедрость, верность и благодарность, среди многих другие.В то время как каждое проявление естественных добродетелей обычно производит хорошие результаты, благо искусственных добродетелей косвенно в том, что оно возникает только в результате общепринятой практики осуществление этих добродетелей.

Рассуждения Юма о справедливости иллюстрируют, как искусственное добродетели возникают из наших чувств и желаний. Юм отмечает, что следование правилам справедливости не всегда дает хорошие результаты. Рассмотрим судей, которые «наделяют беспутным трудом трудолюбивый; и вложил в руки порочных средства причинение вреда как себе, так и другим» (Юм, , Трактат , 579).Юм считает, что по мере того, как люди осознают, что стабильность владения выгодно каждому в отдельности, они же реализуют что стабильность невозможна, если каждый не будет воздерживаться от нарушение чужого имущества. По мере того, как это осознание становится более широко распространены и эффективны в поведении людей, возникает обычай уважать чужое имущество. Это перенаправление корысти, чему способствует наша естественная склонность сочувствовать чувства других, которым выгодна стабильность обладания, дает подняться к нашему одобрению справедливости.Таким образом, утверждает Юм, добродетель подчинения законам возникает естественным образом из наших чувств и желаний.

Обязанность Юма греческой этике видна еще более ясно в его рассуждениях о природных добродетелях. Из них один важная группа (состоящая из мужества, великодушия, честолюбия и другие) основано на самооценке или даже может быть ее формой: «[Что] бы мы ни называли героической добродетелью и чем бы ни восхищались под характер величия и возвышенности ума есть либо не что иное, как устойчивая и устоявшаяся гордость и самоуважение, или в значительной степени участвует той страсти.Мужество… и все остальные блестящие достоинства такого рода, имеют явно сильную смесь самоуважения и получают большую часть своих заслуг от этого происхождения» (Юм, Трактат , 599–600). Однако эти добродетели, основанные на самооценка должна сдерживаться второй группой, в которую входят щедрость, сострадание, верность и дружба; иначе черты такие как мужество, «пригодны только для того, чтобы сделать тирана и публичного разбойник» (Юм, Трактат , 603). Эта вторая группа добродетели основаны на широко основанных чувствах доброй воли, привязанности, и забота о других.

Юм признает, что его вторая группа естественных добродетелей многим обязана со стоической точкой зрения, что добродетельный человек должен заботиться о благополучие всех людей, будь они близкими или незнакомыми; и при описании первой группы естественных добродетелей Юм обращает внимание на Сократа как человека, достигшего некоего внутреннего спокойствия и самооценка. Кроме того, его общий подход к природным добродетелям, что одни основаны на самоуважении, а другие на дружеских чувствах и доброй воли, напоминает исследование Аристотелем психологические основы добродетели.

Хьюм считает, что мы развиваем чувство собственного достоинства благодаря тому, что делаем хорошо, если то, что мы делаем хорошо, выражает в нас что-то особенное и долговечное, и он, кажется, признает, что реализованные совещательные способности среди самых устойчивых черт нас самих. По мере того, как мы получаем объект в обдумывая, мы приходим к развитию самооценки и получаем удовольствие от того, кто мы есть, как добродетельный человек Аристотеля, который больше всего наслаждается упражнениями его развитые совещательные полномочия. Более того, признание Юма то, что чувство собственного достоинства должно сдерживаться доброжелательностью, находит свое отражение в Аристотель утверждал, что развитие и сохранение настоящая любовь к себе требует дружбы, в которой люди проявляют заботу для других ради других.

Помимо изучения этих психологических основ добродетели, Юм, кажется, отводит им роль, напоминающую Аристотелевская точка зрения, что добродетель — это состояние, в котором разум и страсть говорить тем же голосом. Вместо того, чтобы делать добродетель и хороший характер подчинены требованиям разума, как мы видели в естественном теоретиков права и у Канта Юм, кажется, дает добродетель и добро пространство для характера, чтобы направлять и ограничивать обсуждения агентов, чтобы чтобы повлиять на то, что они считают лучшим делать.Тем самым Хьюм каким-то образом показывает, чем хороший характер отличается от воздержание.

Взгляд Юма на то, как мы определяем, что правильно, а что неправильно освещает роль, которую играет персонаж. Когда у Юма «рассудительный зритель» определяет, что правильно, а что нет, она фиксируется на какой-то «устойчивой и общей» точке зрения и «освобождает» себя от своих действительных чувств и интересов. Похоже, что тот, кто развил удовольствие в деятельность по обдумыванию и размышлению, и чья самооценка основанный на этом удовольствии, с большей вероятностью возьмет на себя зрения рассудительного зрителя и выполнять тонкие исправления в ответ, что может быть необходимо, чтобы освободиться от своего собственной точки зрения и конкретных увлечений.Тот, чья самооценка основанное на удовольствии, полученном в размышлении, будет настроено на более широкое сложности и будут иметь более широкие возможности воображения, необходимые для правильное обдумывание с устойчивой и общей точки зрения. Взгляд Юма на связь между страстью и обдумыванием напоминает аристотелевскую точку зрения, что кто-то с надлежащим себялюбие также будет практически мудрым, в том смысле, что его себялюбие будет позволяют ему правильно оценивать практические ситуации и определять правильно что лучше сделать.

Для более подробного обсуждения взглядов Юма на добродетели см. Байер (1991). О том, чем Юм обязан греческой этике, см. Homiak. (2000).

3.4 Маркс и Милль

Другой иллюстрацией использования греческих представлений о характере может быть встречается в трудах Карла Маркса (1818–1883) и Джона Стюарта. Милль (1806–1873). Хотя Маркс известен прежде всего своей яростной критика капитализма и Милля за его изложение и защиту либеральный утилитаризм, эти философы здесь трактуются вместе потому что их подход к характеру в решающие моменты глубоко аристотелевский.И Маркс, и Милль принимают догадку Аристотеля о том, что добродетель и хороший характер основаны на самоуважении и уверенность в себе, возникающая из удовлетворения, полученного в полной мере реализованное выражение рациональных сил, свойственных человеку существа. Они также принимают признание Аристотеля, что производство и сохранение этого типа самооценки требуют, чтобы личности быть частью определенных социально-политических структур. Аристотель подчеркивал необходимость особого типа политического сообщества.Маркс посещали небольшие демократические рабочие места. В центре внимания Милля, по-прежнему иное, заключалось в политическом равноправии и равноправии в семье.

Маркса в начале Экономико-философских рукописей 1844 известен обсуждением того, как организована работа при капитализме отчуждает рабочих и побуждает их принять ценности капиталистического общества. Рабочие, приверженные капиталистическому ценности характеризуются прежде всего корыстными установками. Они больше всего заинтересованы в материальном продвижении для себя, они недоверчивы к кажущимся добрыми намерениям других, и они рассматривают другие в первую очередь как конкуренты за дефицитные позиции.Учитывая эти отношения, они склонны к ряду пороков, в том числе трусости, невоздержанность и отсутствие щедрости.

Обсуждение Марксом отчужденного труда показывает, как труд может быть реорганизованы, чтобы устранить отчуждение, подорвать приверженность традиционных капиталистических ценностей и целей, а также более характеристика добродетельного человека Аристотеля. Ключ к этому Преобразование заключается в реорганизации характера труда таким образом, чтобы рабочие могут выразить то, что Маркс называет своим «родовым бытием». или те черты личности, которые характерны для человека.Очень подобно Аристотелю, Маркс, по-видимому, имел в виду под этим индивидуальное способность рассуждать и, в частности, его способность выбирать, решать, различать и судить. Если работа реорганизована, чтобы позволить работникам выразить свои рациональные способности, то каждый рабочий будет выполнять задачи которые интересны и интеллектуальны (ни один работник не будет выполнять строго монотонные, рутинные, неквалифицированные задачи). Кроме того, рабочие будут участвовать в обсуждении целей, которые должны быть достигнуты работа, которую они выполняют, и способы достижения этих целей.И, наконец, эти обсуждения будут организованы демократическим путем, чтобы мнения справедливо учитывается каждый работник. Когда эти условия поставлены на место, труд больше не «разделяется» между квалифицированные и неквалифицированные или между управленческими и неуправленческими. Маркс предполагает, что если работа будет реорганизована таким образом, это будет способствовать чувства солидарности и товарищества среди рабочих и, в конечном итоге, между этими работниками и теми, кто находится в аналогичной ситуации в другом месте. Для тот факт, что рабочие могут выражать свои характерные человеческие способности в действие в сочетании с эгалитарными условиями на рабочем месте может расстраивать чувства соперничества и способствовать уважению, удаляя основания за неполноценность и превосходство.Затем рабочие приходят, чтобы выставить некоторые из более традиционные добродетели, такие как щедрость и доверчивость, и избегать некоторых из более традиционных пороков, таких как трусость, скупость и самолюбование.

Что взгляды Маркса кажутся производными от взглядов Аристотеля в важными путями неудивительно, ибо, в отличие от Юма, чье знание Аристотель не полностью известен, Маркс явно опирался на произведения Аристотеля. Для дальнейшего обсуждения того, в какой степени Маркс опирался на Аристотеля, см. DeGolyer (1985).

Джон Стюарт Милль (1806–1873) защищал версию либеральной утилитаризм, но ученые расходятся во мнениях относительно того, какой утилитаризм был. Мы можем с уверенностью сказать, что как утилитарист, Милль считал, что человеческое поведение должно способствовать счастью или благополучию пострадавших. Но был ли Милль поступком-утилитаристом, который думал, что правильные действия — это те, которые способствуют как можно большему счастью, конкретном случае, учитывая альтернативы, доступные для агент? Или он правил-утилитарист, который считал, что правильное поведение было ли поведение разрешено правилами, которые, когда стало известно общественности, общепринятые или которым следуют, максимизируют счастье или благополучие? Или он был мотива-утилитаристом, считавшим, что надо действовать как человек с мотивами или добродетелями, наиболее продуктивными для счастья, должен действовать? (Для обсуждения этих интерпретационных вопросов см. связанная запись на Моральная и политическая философия Милля.) Хотя эта запись будет держаться подальше от этих интерпретационных препятствий и сосредоточимся на рассуждениях Милля о природе счастья и некоторых институциональных структур, которые могут способствовать счастья, эти вопросы интерпретации будут иметь отношение к окончательная оценка Милла в Разделе 4 ниже.

В своем эссе «О свободе » Милль утверждает, что его версия утилитаризм основывается на концепции счастья, подходящей к людям как к «прогрессивным» существам (Mill 1975, 12).И в Утилитаризм он предполагает, что эта концепция сосредоточена на «высшие удовольствия», которые служат для того, чтобы отличать людей от животных (Mill 1979, 7–11). Эти высшие удовольствия оказываются быть действиями и занятиями, которые осуществляют то, что в Взгляд Аристотеля – это наша способность к практическому обсуждению. — выбора, суждения, решения и различения. В г. Liberty , Милль пишет: «Тот, кто позволяет миру… выбирать свой план жизни, ибо ему не нужны никакие другие способности, кроме обезьяноподобный подражатель.Тот, кто выбирает свой план для себя использует все свои способности. Он должен использовать наблюдение, чтобы видеть, рассуждать и суждение предвидеть, деятельность по сбору материалов для решения, различение решать, а когда он решил, твердость и самоконтроль, чтобы удержать свое обдуманное решение» (Mill 1975, 56). По мере того как человек развивает свои способности к практическому обдумыванию и приходит к получать удовольствие от их упражнений, он обретает чувство собственного достоинства, которое является основой добродетельной и хорошо прожитой жизни.

Для дальнейшего обсуждения взгляда Милля на счастье см. Brink (1992).

Милль утверждал, что серьезное неравенство в обществе, предотвращая людей от развития их совещательных полномочий, формы характер людей нездоровым образом и препятствуют их способность жить добродетельной жизнью. Например, Милль утверждал, что глубоко несогласие со взглядами своего времени, что общества, систематически подчиненные женщины причиняли вред как мужчинам, так и женщинам, делает почти невозможным для мужчин и женщин формировать отношения искренняя близость и понимание.В Подчинение Женщины Милль писал, что семья в его была «школа деспотизма», которая учила тех, кто извлекли из него пороки себялюбия, самоуспокоения и несправедливость. Среди мужчин рабочего класса тот факт, что жены были чрезмерно зависимые от своих мужей внушали подлость и дикость. В главе IV книги «Подчинение женщин » Милль идет вплоть до утверждения, что «[все] эгоистичные наклонности, самопоклонение, несправедливое самомнение, существующее среди людей, имеют свой источник и корень и получают свое основное питание от нынешней конституции отношений между людьми и женщин» (Милл 1988, 86).Женщины, которые были юридически и социально подчиненные мужчинам становятся кроткими, покорными, самоотверженными и манипулятивный. Короче говоря, люди свидетельствуют о пороках рабовладельца, в то время как женщины свидетельствуют о пороках раба. Для нравственной жизни и чтобы психологически здоровые отношения были возможны, Милль призвал измененные брачные договоренности, подкрепленные изменениями в законодательстве, которые содействовать развитию и осуществлению женского совещательного силы наряду с мужскими. Только при таких условиях женщина могла и мужчины приобретают чувство настоящей самооценки, а не чувства ложная неполноценность и превосходство.

Как и Аристотель, Милль признавал способность политических институтов трансформировать желания и цели людей и улучшить их морально. В главе III Соображений относительно представителя Правительство , Милль одобрительно пишет о демократическом институты древних Афин. Он считал, что, участвуя в эти институты, афиняне были призваны подняться над их индивидуальные пристрастия и учитывать общее благо. К сотрудничая с другими в управлении своим сообществом, писал он, каждый гражданина «заставляют чувствовать себя одним из их интерес должен быть его интересом» (Mill 1991, 79).

Как и Маркс, Милль осознавал нравственно тревожные последствия жизнь, ограниченная рутинным и неквалифицированным трудом. В Принципах Политическая экономия , он рекомендовал, чтобы отношения экономической зависимость между капиталистами и рабочими должна быть устранена в пользу кооперативы либо рабочих с капиталистами, либо одних рабочих. Члены этих ассоциаций должны были быть примерно равными собственниками инструменты, сырье и капитал. Они работали как квалифицированные ремесленники по самоустановленным правилам.Они избирали и смещали своих собственные менеджеры. Возвышая достоинство труда, Милль считал кооперативы могли бы преобразовывать «ежедневную занятия в школу социальных симпатий и практического интеллект» и максимально приблизить людей к социальной справедливости. можно себе представить (Mill 1900, т. 2, 295).

3,5 Т. ​​Н. Зеленый

Т. Х. Грин (1836–1882) начинал как студент и преподаватель классики, прежде чем обратиться к философии. Он знал Платона и Греческие тексты Аристотеля хорошо.Развивая свой взгляд на благо человека в Книге III его Пролегоменов к Этике , Грин находит, что его взгляды предвосхищены Платоном и Аристотелем. особенно в трактовке счастья Аристотелем, человеческое благо и особые добродетели. Грин стремится показать, что благо человека состоит в его «самоудовлетворении» или «самореализация». Чтобы реализовать себя, требуется, чтобы человек полностью развить свои способности как рационального агента. И это требует стремление к благу других ради себя.Зеленая мысль Аристотель был прав в отношении природы добродетельного человека. мотив. В Prolegomen 263 он отмечает точку зрения Аристотеля. что добродетельный человек действует tou kalou heneka (ради штрафа), и он признает, что действуя таким образом, необходимо, чтобы агент заботится о благе общества. Итак благо агента связано с благом других.

Чтобы проиллюстрировать свое прочтение Аристотеля, Грин обсуждает два Добродетели Аристотеля: мужество и умеренность.Он отмечает, что оба добродетели кажутся более ограниченными по своему охвату, чем здравый смысл предлагать. Обсуждая мужество, Аристотель ограничивает мужество лицом к лицу. страх перед смертью при защите своего города ( Никомахова этика 1115a25–29). Человек, которому грозит смерть утоплением или болезнью не мужествен. Мужество ограничивается лицом к лицу со смертью в битве за свой город, потому что такое действие направлено на на общее благо и является лучшей формой смерти. Грин использует эти точки в рассуждениях Аристотеля, чтобы показать, что Аристотель точка зрения основывается на общем принципе, который может расширить обстоятельства мужество таким образом, что Грин принимает.По мнению Грина, смелость вопрос о том, чтобы столкнуться с опасностью смерти «на службе высшее общественное дело, какое только может себе представить агент» (1969, 260).

Грин объясняет ограничения Аристотеля на умеренность в Подобный способ. Не всякая форма сдерживания считается умеренностью для Аристотель. Он ограничивается ограничением аппетитных удовольствий. желания еды, питья и секса, удовольствия, которые мы разделяем с нечеловеческие животные. Невоздержанный человек подобен гурману, который молился, чтобы его горло стало длиннее, чем у журавля: он интересуется ощущениями и не ценит усилий своего рациональные способности.Грин признает, что Аристотель должен проверить эти страстные желания, потому что невоздержание представляет опасность для общее благо. Он пишет: «Такой чек следует держать на похоти плоти, которые могли бы помешать им вылиться в то, что по-гречески известный как гордыня — своего рода самоутверждение и нападение на права других… которое рассматривалось как антитеза гражданскому духу» (1969, 263).

Грин был прав, находя, что его взгляды были предвосхищены греками. Он видел, как и Аристотель, чтобы хорошо жить, нужно развитые рациональные способности, и что люди, обладающие осознали свои силы и сформировали добродетельные черты характера на общее благо, которое является частью их собственного блага.Подобно Аристотелю, Грин считал, что такое развитие требует участия в политическом сообществе особого типа – таком, «где свободное объединение уважающих друг друга граждан» принять равные право и общее благо (1969, 263).

Для дальнейшего обсуждения интерпретации Грина и использования Взгляды Аристотеля см. Irwin (2009).

3.6 Ролз

Как указано во введении к этой статье, обновленный философский интерес к вопросам добродетели и характера был косвенно результат публикации в 1971 году книги Джона Ролза. Теория справедливости .В отличие от многих его современники, которые сосредоточились на метаэтических вопросах и значении моральных терминов, Ролз (1921–2002) продвинул моральные и политические философии в практическом направлении и стимулировала современных философов изучить психологические основы хорошего морального характера. Рано в Части II книги A Theory of Justice Ролз делает то, что он называет «совершенно очевидный» момент — что социальная система формирует желания и устремления своих граждан. Это определяет «частично, какими людьми они хотят быть, а также как люди они есть» (1999a, 229).Эти точки, Заявления Ролза всегда признавались.

Каким образом справедливые институты формируют наши желания и цели и влияют на людей мы становимся? Институты, представляющие интерес для Ролза, которые составляют «базовую структуру» общества. Эти являются институтами, которые делают социальное сотрудничество возможным и продуктивный. Они включают политическую конституцию, структуру хозяйство, узаконенные формы собственности, семья в некоторых форма и др. Ролз защищает два принципа справедливости как правила базовой структуры его справедливого общества: (1) равные принцип свободы, согласно которому каждый человек имеет одинаковые права к полностью адекватной схеме основных свобод.(2) и второй Принцип, определяющий два условия, которые должны быть выполнены в чтобы социально-экономическое неравенство было допустимым. Эти условия справедливое равенство возможностей и разница принцип.

Рассмотрим обсуждение Ролзом гарантии равных свобод. согласно первому принципу справедливости. Этот принцип охватывает два типа свобод, личных свобод и политических свобод. Под этим принцип, каждый человек имеет право на свободы обоих видов как основное право.Но Ролз идет дальше, утверждая, что политические свободы должна быть гарантирована их «справедливая стоимость» (1999a, 243). Этот означает, что шансы занимать должность и оказывать политическое влияние должны быть независимыми от социально-экономического положения. Иначе, «политическая власть быстро накапливается и становится неравной» (1999а, 199). Чтобы сохранить справедливую стоимость, Ролз не следует Аристотелевская стратегия превращения политического участия в требование всех граждан. Тем не менее, он разделяет с Аристотелем точку зрения что гарантия справедливой стоимости направлена ​​на поощрение и поддержание общего статуса граждан как равноправных граждан (1999a, 205–206).Более того, Ролз соглашается с Миллем в том, что политическая участие способствует нравственному развитию граждан. Так как отмечено в разделе 3.4 выше, восхваляя афинскую демократию, Милль пишет, что когда гражданин участвует в публичном обсуждении, «он призван… взвешивать не свои интересы, руководствоваться в случае противоречивых требований другим правилом, чем его частные пристрастия; применять на каждом шагу принципы и максимы которые имеют причиной своего существования общее благо… . Его заставляют чувствовать себя одним из публики, и что бы ни интерес должен быть его интересом» (1991, 79).Гарантия политическая свобода одновременно укрепляет чувство гражданами собственного ценность и расширяет их нравственные чувства.

В части III Ролз обращается к вопросу о том, как люди приобретают желание поступать справедливо и по правильным причинам, когда они жили в рамках справедливых институтов и пользовались ими (1999a, 399). Счет Ролза обязан взглядам Аристотеля в несколько способов. Во-первых, Ролз, как и Аристотель, считает, что если правильно институты существуют, то отношение и поведение, связанные со стремлением поступать справедливо возникнет естественно, в результате психологические тенденции, которые люди испытывают в обычной жизни.Для, при прочих равных, частью человеческой психологии является наслаждение осуществление осознанных сил (см. обсуждение того, что он называет аристотелевским принципом), чтобы насладиться реализации чужих сил (см. его обсуждение «сопутствующий эффект» аристотелевскому принципу), и формировать узы привязанности и дружбы с людьми и учреждениями, которые продвигать свое добро. Во-вторых, как и Аристотель, Ролз утверждает, что если гражданам повезло жить в сообществе, которое предоставляет основные товары, необходимые им для реализации своих способностей, и что предлагает им возможность развивать и использовать свои способности в общем деятельности с другими, тогда у них разовьется устойчивое чувство собственная ценность, основанная на их собственных достижениях и статусе как равноправные граждане, а не на более выгодном положении относительно другим.С устойчивым чувством собственной ценности и разумным надежде на достижение своих целей, граждане захотят действовать справедливо для правильные причины. Они не будут склонны к злобе, ревности и враждебности. зависть, «один из пороков человеконенавистничества» (1999а, с. 466).

Возможно лишь краткое обсуждение этих точек совпадения. здесь. Сначала рассмотрим разделы 72–75 A Theory of Правосудие , где Ролз описывает то, что он называет тремя стадиями нравственное развитие, регулируемое тремя психологическими законами.Эти законы объяснить, как люди приходят к новым, не производным, конечным целям по мере того, как они приобретают узы любви, дружбы, привязанности и доверия. Так как Аристотель признавал, что эти связи возникают у индивидуумов как они начинают распознавать очевидное намерение других действовать в интересах свое благо и получать удовольствие от того, что они и другие могут сделать.

На первом этапе нравственного развития, исходя из того, что семья учреждения справедливы, дети начинают любить своих родителей в результате их родители ясно демонстрируют, что их дети пользовались и ценили.На втором этапе в предположении, что кооперативные ассоциации хорошо устроены и, как известно, таковы, члены достаточно успешных кооперативных ассоциаций («Социальные союзы» Ролза) начинают наслаждаться и ценить их партнеров по сотрудничеству. Это происходит, когда участники выполняют свои части ответственно, каждый вносит свой вклад в достижение взаимно признанной цели, и где все участники демонстрируют соответствующие способности. Под этим условия, участники получают удовольствие от собственного участия, получать удовольствие от демонстрации чужих навыков и способностей и формировать узы дружбы и доверия со своими партнерами по сотрудничеству.Потому что деятельность дополняет друг друга, люди могут видеть себя в что делают другие. Таким образом, ощущение людьми того, что они делать стоит. Их себялюбие, говоря языком Аристотеля, становится групповым достижением.

Наконец, на третьем этапе, когда люди начинают понимать, как институты, регулируемые принципами справедливости, способствуют их добру и благо своих сограждан, они привязываются к этим принципы и развивать желание применять и действовать в соответствии с их.Подобно основным институтам аристотелевского идеала полис , учреждения, регулируемые двумя законами Ролза. принципы справедливости имеют своей целью содействие гражданам хорошо, обеспечивая социальную основу самооценки людей (Основное благо Ролза — «самоуважение»). То обеспечение равных свобод в соответствии с первым принципом справедливость позволяет гражданам создавать ассоциации, в которых их можно преследовать общие цели и идеалы. Как мы видели, эти ассоциации необходимы для самоуважения и поддерживается.Гарантия справедливой стоимости политической свободы, наряду со справедливым равенством возможностей при второй теории Ролза. принцип справедливости, предотвратить чрезмерное накопление имущества и богатство и поддерживать равные возможности для получения образования для всех, позволяя все с одинаковой мотивацией и способностью иметь примерно равные перспективы культуры и достижений (1999a, 63). Взяты вместе, эти два принципа гарантируют, что люди имеют разумные надежды на достижения своих целей. Наконец, принцип различия служит для обеспечить всем достойный уровень жизни, независимо от того, может быть социальное положение граждан, природные таланты или состояние.Принцип различия, пишет Ролз, соответствует «идее не желая иметь больших преимуществ, если только это не пользу других, менее обеспеченных» (1999a, 90). В этих различными способами, два принципа в сочетании составляют публично признал признание того, что каждый гражданин имеет равную ценность.

Как только эти справедливые институты будут созданы, Ролз считает, что самое худшее аспекты общественного разделения труда могут быть преодолены. Никто, он пишет: «Нужно быть раболепно зависимым от других и выбирать между монотонными и рутинными занятиями, которые убивают к человеческому мышлению и чувствам» (1999а, 464).Здесь заметки Ролза те же проблемы со многими видами наемного труда, которые так беспокоили Аристотель. Оплачиваемый труд часто ограничивает возможности работника полномочия по принятию решений и требует, чтобы она подчинялась указаниям другие. Конечно, Ролз не предлагает решать эти проблемы как Аристотель сделал. Но он считает, что их нужно решать, и что просто общество может решить их, возможно, приняв предложение Милля (см. Раздел 3.4 выше) реструктурировать рабочие места, чтобы они стали кооперативы, управляемые рабочими (2001, 178).

Для дальнейшего обсуждения взглядов Ролза на то, как институты формируют наших персонажей, см. Freeman (2007, ch. 6) и Edmundson (2017, гл. 3).

Маркс, Милль и Ролз предполагают, как можно формировать характер, предшествующие обстоятельства – Маркс по экономическим структурам; Мельница оплачиваемая работа, политическая жизнь и семейные отношения; Роулза учреждения, регулируемые двумя принципами справедливости. И все же эти представления о влиянии институтов на характер, по-видимому, другие, более тревожные вопросы: является ли наш характер результатом социальные и политические институты вне нашего контроля, то, возможно, мы вообще не контролируют наших персонажей, и стать порядочным не реальная возможность.

Среди современных философов Сьюзан Вульф — одна из нескольких, справиться с этими заботами. В ней Свобода внутри разума Волк утверждает, что почти любое морально проблематичное воспитание может быть принуждение и может сделать человека неспособным видеть то, что он должен морально сделать или сделать его неспособным действовать в соответствии с этим признанием. В качестве примеров, Вольф цитирует простых граждан нацистской Германии, белых детей рабов владельцев в 1850-х годах и людей, воспитанных в соответствии с обычными половые роли.Вольф считает, что не существует способа определить, какой воспитание и влияние согласуются со способностью видеть то, что должно быть сделано и действовать соответственно, и поэтому она думает, что есть всегда есть риск того, что мы несем меньшую ответственность за свои действия, чем мы может надеяться.

Такой скептицизм может быть неуместным. Ибо если хороший характер основан на естественные психологические реакции, которые большинство людей (включая лиц, воспитанных на расистских и сексистских убеждениях) испытать без труда, то большинство людей должны быть в состоянии стать лучше и нести ответственность за действия, которые выражают (или могли бы выражать) свой характер.

Тем не менее, это не значит, что изменить свой характер легко, прямолинейно или быстро достигается. Если характер сформирован или деформированные структурами политической, экономической и семейной жизни, то для смены персонажа может потребоваться доступ к соответствующие трансформирующие силы, которые могут отсутствовать. В современном обществах, например, многие взрослые по-прежнему работают на отчужденной работе, не дают возможности реализовать человеческие силы и испытать удовольствие от самовыражения.Женщины в особенности, из-за неравного внутреннего устройства почти полная ответственность для ухода за детьми и сегрегации по признаку пола на рабочем месте часто терпят низкооплачиваемая, бесперспективная работа, поощряющая чувство ненависти к себе. В семья, где экономическая, а значит, и психологическая власть неравна между женщинами и мужчинами привязанность, как признавал Милль, может навредить обоим. стороны. Таким образом, многие женщины и мужчины сегодня не в состоянии полностью развить психологические способности Аристотеля, Маркса, Милля и Ролз считал основой добродетельного характера.

Эти соображения показывают, почему характер стал центральной проблемой не только в этике, но и в феминистской философии, политической философии, философии образования и философии литературы. Если для развития хорошего морального характера необходимо быть членом сообщества в которой граждане могут в полной мере реализовать свои человеческие силы и связи дружбы, то нужно спросить, как воспитательная, экономическая, политические и социальные институты должны быть структурированы таким образом, чтобы возможно развитие.Некоторые современные философы решения этих вопросов. Например, Марта Нуссбаум использует Аристотелевские добродетели для описания демократического идеала в (1990b). В (1996) Эндрю Мейсон исследует, как капиталистические рыночные силы делают это трудно расцвести добродетелям. В (1987) Джон Элстер интерпретирует Маркса, предлагающего концепцию хорошей жизни, состоящей в активном самореализации, которой могут способствовать или блокировать экономические и политические институты. В (1993) Джон Бернард Мерфи реконструирует Взгляды Аристотеля на практические размышления и принятие решений показать, как они могут создать теорию производительного труда, которая поможет нам увидеть, что не так с работой в современном мире и как реорганизовать его.Розалинда Херстхаус придерживается аристотелевского взгляда на эмоции к исследованию расистских настроений в (2001). В (2010) Марсия Хомиак развивает взгляды Аристотеля и Милля. о преобразующей силе институтов для изучения возможности для добродетельной жизни в несовершенном мире. Лоуренс Томас (1989) использует рассуждения Аристотеля о любви к себе и дружба, чтобы утверждать, что дружба помогает развивать и поддерживать хорошие моральный характер. И если кому-то интересно понять, что характер морального характера и в какой степени он может быть изменены, можно найти полезные примеры как хороших, так и плохих моральных характер у литературных писателей.Для философского обсуждения использование персонажей литературными писателями, см. Taylor (1996) и Нуссбаум (1990а).

Наконец, было бы полезно отметить, что это краткое обсуждение история философских воззрений на характер указывает на то, что характер играла или может сыграть важную роль в различных западных этические традиции, от греческих взглядов на добродетель до кантианства и утилитаризма к марксизму. Таким образом, провокационное заявление Анскомба с с чего началась эта запись – что две основные традиции в современном теории морали (кантианство и утилитаризм) игнорировали вопросы добродетель и характер в ущерб себе – не кажется вообще верно.Тем не менее некоторые взгляды, изложенные здесь, кажутся придавать более заметную роль характеру и добродетели, чем другие. Это Нелегко объяснить, в чем именно состоит это выдающееся положение. Хотя полное рассмотрение этих вопросов выходит за рамки настоящей эссе, предварительное указание на то, как они могут быть решены, может быть при условии. Для дальнейшего обсуждения этих вопросов см. Trianosky (1990), Уотсон (1990), Хомиак (1997) и Херстхаус (2001).

Как показано в этой статье, взгляды Канта действительно играют роль добродетели, ибо Канту важно, чтобы мы исполняли свои несовершенные обязанности с правильным духом.Добродетельный человек правильно культивирует склонности к чувству, которые облегчают ей выполнение ее несовершенные обязанности. Эти чувства поддерживают ее осознание того, что права и являются признаком того, что она настроена выполнять свои обязанности. Поскольку Кант рассматривает эмоции как непокорные и постоянно нуждающиеся разума, добродетель сводится к своего рода самообладанию или воздержание. Можно выразить это, сказав, что для Канта добродетельный характер подчинен требованиям практического причина.

Взгляд Аристотеля, с другой стороны, обычно считается парадигмальный пример «этики добродетели», этическая теория что отдает приоритет добродетельному характеру. Чтобы увидеть, что это может то есть напомним, что добродетельный человек у Аристотеля есть подлинный эгоистка, которая больше всего наслаждается применением своих способностей мыслить и знать. Это наслаждение руководит ее практическим определением того, что действия уместны в каких обстоятельствах и делает ее непривлекательный к удовольствиям, связанным с обычными пороками.Ее должным образом культивируемые эмоциональные наклонности не рассматриваются как непокорные аспекты ее существа, которые должны контролироваться причина. Скорее, ее практические решения принимаются и направляются удовольствие, которое она получает от своих рациональных сил. Можно поставить эту точку говоря, что, по мнению Аристотеля, практическое размышление есть подчинен характеру.

Тогда можно было бы спросить о других этических воззрениях, принимают ли они практические решения. намерение подчиняться характеру или наоборот.Как это как указано в статье, Юм, по-видимому, встает на сторону Аристотеля и дает приоритет характера над практическими размышлениями. Ибо он предполагает, что кто-то с естественными добродетелями, основанными на самооценке, будет иметь более широкие возможности воображения, необходимые для правильного обдумывания точки зрения здравомыслящего зрителя. Является ли персонаж подчиненность разуму, по Миллю, может зависеть от того, какого рода утилитаризм Милль может быть показан супруге. Если он мотив-утилитарист, считающий, что следует действовать как человек с будут действовать мотивы или добродетели, наиболее продуктивные для счастья, тогда можно было бы привести аргументы в пользу того, что он отдавал приоритет характеру над практической причина.Если, с другой стороны, он является утилитаристом действия или правила, он казалось бы, отводит характеру роль, подчиненную разуму. Эти краткие замечания показывают, что вопрос о том, является ли этический теоретик отдает приоритет характеру, может быть определено только тщательный анализ различных критических элементов этого взгляд философа.

5.1 Вызов ситуационизма

Этот раздел начнется с краткого обсуждения некоторых недавних философская работа о характере, опирающаяся на результаты экспериментальных социальная психология.Эта философская работа ставит под сомнение представления о характере и добродетели, которые особенно интересуют древнегреческих моралистов и современных философов, чьи произведение вытекает из древних воззрений. Философы были поражены этим традиция экспериментальной социальной психологии, которая часто ярлык «ситуационизм» — отрицали, что черты характер устойчив, непротиворечив или оценочно интегрирован в так, как предлагают древние или современные философы. Древний Моралисты полагали, что добродетели, по описанию Джона Дориса, « устойчивых черт: если у человека есть устойчивая черта, они можно с уверенностью ожидать, что они будут демонстрировать релевантное чертам поведение во всех широкий спектр ситуаций, связанных с чертой характера, даже если некоторые или все эти ситуации не оптимально способствуют такому поведению» (2002, 18).Дорис и другие утверждают, что в этом случае черты неустойчивы. смысл. Они нестабильны или непротиворечивы и неправильно используются для объяснить, почему люди ведут себя так, а не иначе. Скорее, эти философы утверждают, и, как показывает экспериментальная традиция, многое в человеческом поведении объясняются, казалось бы, тривиальными особенностями ситуаций, в которых лица находят себя. Отсюда уместность ярлыка «ситуационистские» для философов, придерживающихся этих взглядов. Варианты этой точки зрения см. в Harman (1999, 2000), Doris (2002), и Вранас (2005).

Детальное обсуждение этой работы выходит за рамки этой статьи. Тем не менее, некоторые итоговые замечания уместны. (Для подробного обсуждение, смотрите записи на эмпирические подходы к моральному характеру, раздел 1 и моральная психология: эмпирические подходы, раздел 4.)

Скептицизм в отношении устойчивых черт характера исходит от некоторых известных эксперименты в социальной психологии. Например, в одном эксперименте люди, которые нашли монетку в телефонной будке, с гораздо большей вероятностью помогали сообщник, обронивший несколько бумаг, чем те, кто не нашел десять центов.В другом эксперименте участвовали студенты семинарии, которые согласились расскажите о важности помощи нуждающимся. На пути к здания, где должны были состояться их выступления, они столкнулись с конфедерат упал и застонал. Те, кому сказали, что они уже поздно, гораздо реже помогали, чем те, кому сказали у них было свободное время. Эти эксперименты проводятся, чтобы показать, что незначительное факторы, не имеющие морального значения (нахождение копейки, спешка) тесно связаны с помогающим поведением людей.

Возможно, наиболее губительными для надежного представления о характере являются результаты экспериментов, проведенных Стэнли Милгрэмом в 1960-х гг. В этих экспериментирует с подавляющим большинством испытуемых, хотя вежливо настойчиво просил экспериментатор, были готовы управлять тем, что они думали, что кричащий «жертва.» Эти эксперименты проводятся для того, чтобы показать, что если у испытуемых были склонности к состраданию, эти склонности не могут относятся к тому типу, который требуется для устойчивых признаков.

Философы, находившиеся под влиянием экспериментальной традиции в социальной психологи приходят к выводу, что люди не обладают широко обоснованным, устойчивым, устойчивые черты характера, которые представляли интерес для древних и современным моралистам, или современным философам, работающим с какая-то версия этих взглядов. Скорее, психологические исследования чтобы показать, что люди обычно имеют только узкие, «местные» признаки, не объединенные с другими признаками в более широкий поведенческий паттерн. Люди помогают, когда в хорошем настроении, говорят, но бесполезны, когда торопятся, или они честны дома, но не честны в работе.Таким образом, этот скептицизм в отношении устойчивых признаков создает вызов современным философам, особенно тем, кто работает с какая-то версия древних воззрений, чтобы разработать описание характера что согласуется с эмпирическими результатами.

5.2 Некоторые ответы на ситуационизм

Эти интерпретации экспериментов в социальной психологии бросали вызов как психологам, так и философам, особенно философы, работающие в традициях этики добродетели (см. вход на этика добродетели), которые утверждают, что черты характера, критикуемые ситуационистами, мало общего с концепцией характера, связанной с античные и современные моралисты.Противники говорят, что ситуационисты полагаться на понимание черт характера как изолированных и часто нерефлексивные склонности вести себя стереотипно. Они ошибочно полагают, что признаки можно определить по одному типу поведение, стереотипно связанное с этой чертой.

Возьмем еще раз таксофон и семинарские занятия. Это может показаться очевидно, что нельзя откликнуться на все призывы о помощи, и это может кажутся сомнительными, что любой думающий человек думает, что следует.Этот предполагает, что быть полезным человеком требует некоторого размышления о том, что важнее всего в жизни, ведь призывы о помощи могут правомерно остаться без ответа, если человек считает, что отвечая будет мешать ей делать что-то еще, что она считает нужным более высокое нравственное значение. Таким образом, мы не должны ожидать, что помогающее поведение быть полностью последовательным, учитывая сложные ситуации, в которых люди найти себя. Некоторые из философов, обсуждаемых в этой статье, такие как теоретики естественного права (в разделе 3.1) и Кант (в раздел 3.2), может подчеркнуть это, напомнив нам о различии между совершенными и несовершенными обязанностями. В отличие от совершенных обязанностей, которые требуют, чтобы мы предприняли или отказались от определенных действий, обязанность помочь другие в нужде несовершенны, в том, как, когда и кому мы помогаем не поддается точному определению и поэтому находится в пределах индивидуального осмотрительность. Общая точка, на которой основывается большинство древних и современных моралисты согласятся, что быть полезным нельзя понять в изоляция от других ценностей, целей и черт, которыми обладает индивид.(Для обсуждения того, как можно унифицировать ценности, см. Wolf 2007.)

Или возьмем эксперименты Милгрэма. В ходе экспериментов многие испытуемые протестовали, даже продолжая подчиняться команды экспериментатора. В постэкспериментальных интервью с предметы, Милграм отметил, что многие были полностью убеждены в неправильность того, что они делали. Но наличие конфликтной необходимости не указывает на отсутствие или потерю характера. На традиционном концепции характера, рассмотренной в этой статье, многие из Субъекты Милгрэма лучше всего описываются страдающими недержанием мочи.У них есть характер, но он не является ни добродетельным, ни порочным. Многим из нас кажется попасть в эту категорию. Мы часто признаем, что правильно делать, но мы тем не менее этого не делаем.

Короче говоря, противники говорят, что ситуационисты полагаются на упрощенный вид персонажа. Они предполагают, что поведение часто достаточно, чтобы указать на наличие черты характера, и они игнорировать другие психологические аспекты характера (как когнитивные, и аффективный), что для большинства философов, обсуждаемых в этой входа, формируют более или менее последовательный и целостный набор убеждений и желания.В частности, говорят противники, ситуационисты игнорировать роль практического обдумывания (или, в случае добродетельного характер, практическая мудрость).

Вариации этих ответов ситуационистам см. Купперман. (2001), Камтекар (2004), Рэдклифф (2007), Сабини и Сильвер (2005), Шринивасан (2013) и ср. фон Райт (1963, 136–154).

5.3 Некоторые эмпирические подходы к аристотелевским представлениям о характере

Некоторые недавние философские работы о характере направлены на удовлетворение скептицизм по отношению к ситуационистскому вызову напрямую, путем разработки теория добродетели, основанная на психологических исследованиях, совместимых с наличием прочных признаков.В этом разделе представлена ​​краткая резюме двух таких подходов к добродетели.

Подробное и детальное обсуждение см. в Miller (2013, 2014) и Раздел 2 записи о эмпирические подходы к моральному характеру, раздел 2.

Один из подходов основан на «когнитивно-аффективной личности». система» (так называемая модель CAPS), разработанная социальные и когнитивные психологи. Вместо того, чтобы искать эмпирические доказательства устойчивых черт в поведенческих закономерностях у разных типов ситуаций, модели CAPS (и философов, впечатленных этой модели) сосредоточиться на важности того, как агенты понимают ситуации, в которых они находятся.Модель рассматривает структуру личности как организация отношений между «когнитивно-аффективными единицы». Эти единицы представляют собой кластеры склонностей чувствовать, желать, верить и планировать, которые после активации вызывают различные формируются мысли, чувства и поведение. Философы, которые обосновывали их понимание добродетели в этом типе психологической теории расширить модель CAPS, чтобы охватить сильные добродетельные черты характера. Эти черты рассматриваются как устойчивые диспозиции, которые включают в себя соответствующие кластеры мышления (практический разум), желание и чувство, проявляющееся в кросс-ситуативном поведении.

Для подробного обсуждения модели CAPS и ее возможной ценности см. философов, см. Miller (2003, 2014), Russell (2009) и Snow (2010).

Другие философы не находят расширения модели CAPS. особенно полезно, потому что это, кажется, не продвинет нас дальше того, что мы общепринято признать добродетелью. Мы готовы начать с мысль о том, что быть добродетельным означает не только быть расположенным к действию, но и чувствовать, реагировать и рассуждать. И не просто рассуждать, а хорошо рассуждать.Чтобы этот подход был полезным, нам нужно учитывать в чем состоит превосходное практическое мышление.

Некоторые философы стремятся обеспечить то, что необходимо, обращаясь к психологические исследования удовольствия. Они предполагают, что добродетели аналогичен (некоторым) навыкам в том, что тип привыкания связан с в развитии и действии из добродетельного характера подобен своего рода интеллектуальное привыкание, типичное для развития и осуществления (некоторые) сложные навыки. Эмпирические исследования удовольствия показывают, что при прочих равных, мы наслаждаемся осуществлением развитой способности, и чем сложнее способность, тем больше мы наслаждаемся ее упражнение.Если приобретение и осуществление добродетели аналогично развитие и упражнение сложной способности, мы можем, этот подход предлагает, объяснить множество центральных моментов о добродетельной деятельности – например, что, как и (некоторые) умения, добродетельная деятельность воспринимается как самоцель, как доставляющее удовольствие само по себе и таким образом, как ценится сам по себе. Для обсуждения добродетели как подобного сложному навыку, см. Annas (2011), Bloomfield (2014), Stichter (2007, 2011) и см. Шерман (1989).

Тем не менее ситуационисты могли бы ответить, что для того, чтобы подчеркнуть роль опыт в практическом рассуждении должен сделать хороший моральный характер идеал, которого могут достичь слишком немногие из нас, если вообще есть.О некоторых представлениях о нравственное знание, подобное тому, что предлагал Платон в Республика , приобретение знаний, необходимых для добродетели, занимает более 50 лет психологической и интеллектуальной подготовки. И дальше Взгляд Аристотеля, как указано в этой записи в разделе 2.4. выше, полная реализация наших рациональных сил, что требуется ибо хороший нравственный облик — это не то, чего мы можем достичь на собственный. Развитие и сохранение хороших нравственных качеств требует политические институты, создающие условия, при которых любовь к себе и дружба процветают.Ситуационист может задаться вопросом, как полезными могут быть традиционные представления о хорошем характере, если они приобретут добродетельный характер — это долгий и трудный процесс, ставший возможным благодаря социальных институтов, которых еще не существует. Ситуационист может принять эти проблемы как поддержку его взгляда на то, что нам лучше думать с точки зрения локальных черт, а не устойчивых черт.

В заключение уместно вспомнить обсуждение в разделе 4, над. С одной стороны, с точки зрения характера, такого как Аристотеля, который опирается на обычные способности к переживанию. удовольствие от самовыражения и отвечать дружескими чувствами усилиям других помочь, почти каждый способен становится лучше .С другой стороны, если Аристотель и др. (таких как Маркс, Милль, Т. Г. Грин и Ролз) правы в том, что характер формируется институтами политической, экономической и семейной жизни, то став хорошим потребуется доступ к соответствующие учреждения. Однако это не означает, что становится добро вне нашей досягаемости. Здесь может быть полезно вспомнить Описание Ролзом «реалистической утопии» в Закон народов когда, вслед за Руссо в Социальное Контракт , он пишет, что справедливые учреждения принимают «мужчин как они есть» и «законы, какими они могут быть.(Ролз, 1999b, 7) Наша психологическая природа и институты, которые способствуют хорошие качества характера, по его мнению и по мнению другие, обсуждаемые в этой записи, совпадают.

COVID-19 призывает к этике добродетели | Журнал права и биологических наук

Аннотация

Глобальное распространение коронавируса тяжелого острого респираторного синдрома 2 (SARS-CoV-2) или коронавирусной болезни 19 (COVID-19) привело к введению правительствами западного полушария строгих ограничительных мер.Мы чувствуем контраст между этими мерами и нашей свободой. Мы утверждаем, что этот контраст является ложным восприятием. Нам это кажется только потому, что мы смотрим на проблему через призму нашей современной моральной философии утилитаризма и понимания свободы как отсутствия ограничений. Оба эти взгляда могут быть заменены более изощренными альтернативами, а именно этикой добродетели и понятием свободы воли. Они предлагают более полную картину морали и позволяют нам сотрудничать с текущими ограничениями, сознательно решая придерживаться их, вместо того, чтобы воспринимать их как драконовские и аморальные.Мы спрашиваем, должны ли мы сотрудничать с ограничениями, и утверждаем, что соображения добродетели приведут к утвердительному ответу. В более широком смысле этика добродетели позволяет решать практические вопросы о том, как человек должен вести себя во время этой пандемии, учитывая текущие меры изоляции или их отсутствие.

В разделе 1 мы показываем, как утилитаризм и представление о свободе как негативной свободе поддерживают оппозицию ограничительным мерам. В разделе 2 мы обрисовываем альтернативу, основанную на этике добродетели и более детальном понятии свободы воли.В заключительном разделе 3 мы утверждаем, что соображения добродетели должны руководить индивидуальной и общественной реакцией на чрезвычайную ситуацию.

Введение

В настоящее время мы чувствуем напряженность между правительствами, которые блокируют целые страны, чтобы замедлить распространение коронавирусной болезни 2019 (COVID-19), и свободой, которой мы наслаждаемся и стремимся защищать. Доктор Редленер, директор Национального центра готовности к стихийным бедствиям Колумбийского университета, выразил обеспокоенность по поводу ограничительных мер: «Это просто часть нашей культуры.Это просто антитеза тем свободам, которые у нас есть теоретически». 1 Такие комментарии приводят к естественным вопросам: как так? Почему мы воспринимаем это напряжение, когда наши действия могут помочь слабым в наших сообществах? Почему мы должны сотрудничать с ограничениями?

Мы предлагаем философский анализ, способный ответить на эти вопросы. В частности, цель статьи состоит в том, чтобы проиллюстрировать этическую основу, которая позволяет человеку рационально сотрудничать с текущими ограничениями, потому что это морально оправдано с учетом обстоятельств.Мы имеем дело с актуальным практическим вопросом о том, как человек должен вести себя во время этой пандемии, учитывая текущие меры изоляции или их отсутствие. 2 В первом разделе мы утверждаем, что сопротивление ограничительным мерам можно объяснить двумя основными этическими убеждениями: утилитаризмом и свободой как отсутствием ограничений. Однако эти две концепции не могут объяснить, почему широкой публике кажется этичным сотрудничать с ограничениями.Во втором разделе мы предлагаем альтернативную точку зрения: этику добродетели и более детальное понятие свободы. В заключительном третьем разделе мы утверждаем, что они предлагают более полную картину морали и человеческих действий, что позволяет нам сотрудничать с текущими ограничениями, сознательно решая придерживаться их, вместо того, чтобы воспринимать их как драконовские и аморальные.

Что нас окружает: утилитаризм и негативная свобода

Мы живем в обществе, пронизанном двумя основными этическими убеждениями: утилитаризмом и пониманием свободы как отсутствия ограничений .Первый считает, что действия морально оцениваются на основе их последствий и что удовольствие является единственным внутренним благом; последний видит свободу как простое отсутствие внешних ограничений своих действий.

Утилитаризм является частным случаем консеквенциализма 3 и считает правильными только те действия, которые максимизируют общее количество чистого удовольствия для всех живых существ. Эта точка зрения связана с Бентамом и Миллем 4 и глубоко укоренилась в нашем обществе: большинство наших действий следует этим принципам.Утилитаризм доминировал в недавних дебатах о реакции правительства на вспышку. Многие утверждали, что в целом ожидаемое число погибших не слишком велико (скажем, не выше, чем от сезонного гриппа), что якобы только (или преимущественно) пожилые и слабые люди будут нуждаться в госпитализации и что неблагоприятное воздействие изоляции воздействие на экономику нанесет ущерб гораздо большему количеству людей, чем те, кто физически пострадал от этой болезни. Следовательно, молодые и сильные люди не должны беспокоиться и должны продолжать свою деятельность в обычном режиме.

Под свободой обычно понимается отсутствие внешних ограничений. Исайя Берлин назвал эту концепцию свободы негативной свободой . 5 Нежелательные ограничения могут помешать нам достичь желаемого удовольствия. Любая форма контроля или внешнего принуждения рассматривается как угроза максимизации удовольствия и, следовательно, как угроза морали (показательным примером является недавний пост Мартина Булла в блоге LSE EUROPP). 6 Этим объясняется сопротивление широкой общественности соблюдению мер сдерживания и нежелание правительства Великобритании следовать примеру Италии: ограничительные меры, неоднократно называемые в СМИ «драконовскими», не только мешают нам выполнять все действия, которые обеспечивают нам удовольствие, но они причиняют нам боль.Самоизоляция — это сложно. Опять же, число людей, которые, как ожидается, будут страдать от болезни, относительно невелико по сравнению с общей численностью населения, так что расширенные меры сдерживания, похоже, не стоят затрат.

Таким образом, утилитаризм — это наиболее распространенная в настоящее время моральная теория, которая объясняет как реакцию, так и сопротивление людей отказу от своей свободы ради защиты кого-то другого.

Однако драматическая ситуация, с которой мы имеем дело, похоже, указывает на нечто большее.Глобальная пандемия на памяти живущих — это новая ситуация, затрагивающая всех без исключения. Вирус не заботится ни о законах, ни о действиях правительства, ни о социальных различиях: он просто размножается. Нынешняя ситуация призывает всех, независимо от реакции государства, действовать нравственно в действиях и намерениях. Эта пандемия заставляет задуматься, действительно ли сотрудничество с ограничительными мерами, введенными различными европейскими странами, настолько аморально. Истории медсестер или больных, поступающие из больниц, заставляют нас задаться вопросом, действительно ли утилитаристский подход — это то, чего мы хотим от нашей морали.Действительно ли это то, чего мы хотим от нашей свободы? 7 Мы готовы признать, что наши действия будут иметь (потенциально пагубные) последствия для слабой части населения, когда эта «слабая часть» — просто ярлык, абстрактная сущность без лица или субстанции. Все резко меняется, как только «слабая часть» населения оказывается нашими родителями, нашими бабушками и дедушками, нашими больными друзьями, нашей соседкой, которая ждет ребенка. Тогда мы чувствуем себя готовыми навязать нам ограничения, даже ценой личной боли.Мы стремимся к большему, чем картина человечества, нарисованная утилитаризмом и негативной свободой.

Пределы утилитаризма очевидны не только в отношении индивидов. Продолжающиеся споры о том, превышают ли издержки введенных ограничений их преимущества, являются уместным и необходимым вопросом на политическом уровне. Однако слишком часто на него слишком быстро и упрощенно отвечали апелляциями к утилитарному исчислению. Простой подсчет (качества) жизней и сопоставление их друг с другом не принимает во внимание полноту человеческого состояния с его индивидуальными характерами, желаниями и эмоциями.То же самое можно сказать и о субъективной удовлетворенности жизнью. 8 Численные компромиссы далеко не очевидны, особенно с учетом сложности поиска метрики (если это допустимо) для количественной оценки качества жизни и значительной неопределенности в отношении COVID-19. 9 Кроме того, мы просто не можем заниматься консеквенциалистским исчислением, потому что у нас нет соответствующих данных. Таким образом, нынешняя пандемия показывает, что нет простых ответов или быстрых формул, которые помогли бы нам определить, как себя вести.Это дает возможность задуматься над вопросом о том, как жить своей повседневной жизнью.

Что кажется очевидным, так это то, что утилитаристская картина чего-то упускает и не может предложить простого решения проблемы. Требуется более богатое представление об этике, которой люди могут достичь, действуя или выбирая, как действовать.

Альтернативный подход: этика добродетели и ее свободы

Среди современных подходов утилитаризм — не единственная моральная теория.Альтернативу предлагает этика добродетели вместе с более разработанным понятием свободы. Этика добродетели, вдохновленная Аристотелем 10 и повторно предложенная Анскомбом, 11 Футом, 12 и Макинтайром, 13 , считает фундаментальной важность морального характера человека для достижения счастья , 4 понимаемого как 3 полная реализация каждой отдельной человеческой жизни . 14 Это представление о счастье не зависит от возраста или относительной слабости . Вторым важным аспектом этой теории является ее внимание к добродетели. Добродетель можно интерпретировать как расположение, которое позволяет нам воспринимать, чувствовать, хотеть и действовать определенным образом. Такое представление включает в себя полное мышление, которое признает сложность человеческого состояния. Добродетельный моральный агент проявляет соответствующую добродетель, когда это соответствует обстоятельствам. Действие в соответствии с добродетелью адекватно имеющимся обстоятельствам: контекст фактического дела и его соответствующие подробности влияют на то, следует ли считать определенное действие добродетельным или нет. 15 Как говорит Аристотель, практические «агенты сами должны учитывать в каждом конкретном случае, какое действие целесообразно, как это делают врачи и мореплаватели». 16 Такая адекватность достоинств обстоятельствам имеет два основных преимущества в нашем нынешнем контексте пандемии COVID-19. Во-первых, независимо от существования какой-либо блокировки, выбор любого действия всегда должен оцениваться целостно, чтобы принять во внимание все соответствующие аспекты. Правильно проявлять добродетель — значит иметь нравственную установку, заставляющую человека вести себя адекватно обстоятельствам, в которых он оказывается.Во-вторых, этика добродетели предлагает обоснованную моральную оценку, независимую от рассматриваемого типа блокировок: каждый тип блокировок может призывать нас к различным моральным действиям. Если меры самоизоляции подразумевают систематическую дискриминацию слабой категории, например инвалидов или психически больных, то призывают к мужеству 17 и не соглашаться с таким поведением. Если есть блокировка, такая как общеевропейская, то, как только будут поняты причины, следует проявить в основном щедрость и сотрудничать с ограничениями.Если рассматривать карантин в Швеции, то в первую очередь призывают к осторожности, осознавая, что можно постоянно распространять вирус. Это также говорит о том, что в зависимости от роли, которую человек в настоящее время играет в своем сообществе, некоторые добродетели становятся более важными, чем другие: медицинские работники требуют настойчивости, политики — осторожности, родители — терпения, но все мы должны проявлять щедрость в наших повседневных отношениях с другими. 18 Таким образом, этика добродетели дает нам систематическое описание того, как вести себя в определенных реальных обстоятельствах, которые в настоящее время сильно различаются по всему миру.

Проявление добродетели во время пандемии

Рассмотрим более подробно добродетели, относящиеся к текущей ситуации. Среди них великодушие, благоразумие, мужество, а также терпение, настойчивость и послушание разумным действиям правительства. 19 Для целей данной статьи мы подробно рассмотрим первые три.

Добродетель щедрости заключается в том, чтобы отдавать и делиться своим имуществом на благо других. Помощь другим оставит меньше для себя, 20 , что указывает на некоторое жертвенное измерение этой добродетели, актуальное в текущем контексте COVID-19.Но щедрость — это не то, что достигается просто щедрыми действиями или последствиями таких действий. Конечно, последствия следуют из действия, но этика добродетели фокусирует внимание на основной причине этого действия, добродетели . В то время как всякая добродетель должна воспитываться привычкой, щедрость и все случаи такого поведения могут стать объектом нашей воли легче, если мы задумаемся о том, что такое щедрость. 21 Великодушное и, в данном случае, добродетельное действие не является навязыванием или ограничением, ограничивающим наше (возможность) удовольствие.Напротив, когда мы правильно проявляем щедрость, мы выбираем действие, которое больше всего уважает эту добродетель, учитывая обстоятельства. Мотивы, выбор и действия щедрого человека отражают его отношение к добродетели щедрости и сложности человеческого положения.

Добродетель благоразумия мы могли бы, вторя Аристотелю, 22 определить как способность правильно рассуждать о том, что полезно для себя и своего общества. Благоразумный агент способен рационально понять, какие действия хороши или плохи для людей.В настоящее время для человека было бы плохо заразиться SARS-CoV-2 и заразить других. Вы можете не знать, здоровы вы или бессимптомный инфицированный случай, который не был протестирован. Поэтому было бы разумно на индивидуальном уровне, учитывая отсутствие у вас знаний, практиковать физическое дистанцирование. Особенно в текущей ситуации благоразумие может предписать определенные действия; по словам Аристотеля, «его цель состоит в том, какое действие мы должны или не должны делать». 23 Следовательно, эта добродетель особенно актуальна на политическом уровне.Например, хотя стоимость карантинных мер может быть больше (даже с точки зрения человеческих жизней), чем выгода, мы этого не знаем. В условиях такой неопределенности, после тщательного рассмотрения всех соответствующих факторов, может быть разумным заблокировать страну.

Мужество или отвага относятся к нашим соответствующим чувствам в отношении пугающих вещей, таких как заражение COVID-19 и попадание в больницу, заражение других, потеря работы или необходимость терпеть скуку или домашний стресс. Аристотель подробно обсуждает ее, а также рассматривает «храбрость граждан», вызванную желанием избежать публичного порицания или судебного наказания. 24 Эта добродетель показывает, что наши эмоции играют важную роль в наших действиях, особенно в условиях нынешней пандемии: чрезмерно бесстрашный человек рискует безрассудно заразиться вирусом, а слишком трусливый никогда не выйдет из дома. Такие эмоциональные соображения не учитываются другими этическими теориями.

Этика добродетели утверждает, что в наших решениях, даже в сложных условиях (может быть, даже в большей степени), таких как пандемия, мы должны оценивать все аспекты человеческих существ и их обстоятельств, чтобы достичь полного счастья, а не только в отношении нашего удовольствия, а в уважении достоинства каждого человека.

Соответствующий счет свободы

Чтобы действие было добродетельным, агент должен добровольно решиться на него, рационально выбрать его. 25 Мы можем решить, чего мы можем достичь через наше агентство, что зависит от нас. 26 Это возможно только в том случае, если действие становится предметом воли. Однако, учитывая решающую роль, которую добродетели играют в различении того, какое действие должно быть совершено, это не может просто произойти, когда у человека есть желание и он направляет свою волю на него.Скорее это происходит, когда кто-то решает принять в качестве объекта воли рассматриваемое желание действовать добродетельно. Этику добродетели можно понимать как основанную на концепции свободы, предполагающей превращение чего-либо в объект своей воли. Гарри Франкфурт в своей работе «Свобода воли и концепция человека» представляет два порядка воли, имеющих отношение к обсуждению: 27 Воля первого порядка объясняет наше желание (сделать) что-то в непосредственное время; например, вам холодно, и вы хотите выпить чаю.Воля второго порядка решает, хотим ли мы , чтобы этот объект , например, чаепитие, был объектом нашей (первого порядка) воли. Настоящая свобода заключается в этой воле второго порядка: даже если вы были лишены свободы делать определенные вещи, вы остаетесь свободны решать, чего вы хотите. Люди осуществляют свою волю и свою свободу не только тогда, когда имеют определенные желания и осуществляют их, но когда они хотят и выбирают быть движимыми чем-то конкретным. Чтобы действовать добродетельно, недостаточно сделать добродетельное действие объектом своей воли, поскольку этого можно добиться путем навязывания, которое заставляет вас действовать: например, ваше правительство требует, чтобы вы оставались дома, что вы (неохотно) принимаете. . 28 Но вы хотите оставаться дома только потому, что в противном случае вам грозит крупный штраф. Кроме того, нам нужно хотеть, куда направлена ​​наша воля . Для этого важна добродетель воздержания, которую можно истолковать как определяющую разумность наших желаний. 29 В тот момент, когда мы хотим, чтобы наша воля была направлена ​​на то, чтобы оставаться дома, мы проявляем свободу нашей воли и действуем действительно великодушно, благоразумно и умеренно.

Такое понятие свободы воли значительно богаче простого отсутствия внешних ограничений наших действий. Следуя Франкфурту, только благодаря воле второго порядка можно страдать или наслаждаться отрицательной свободой: воля второго порядка является предварительным условием отрицательной свободы. Эта свобода не может быть ограничена внешним ограничением: вопрос свободы не в том, чтобы «претворять свои первоочередные желания в действия. Это вопрос о том, свободен ли он поступать так, как ему заблагорассудится.Скорее, это касается самих его желаний». 30 Настоящая проблема свободы заключается в том, как направлена ​​воля . В контексте этики добродетели агент действительно свободен, когда объектом его воли является добродетельное действие, и он хочет, чтобы его воля была направлена ​​на это. Соответственно, несмотря на ограничения, которые наложит на нас пандемия, от сотрудничества с мерами блокировки до ношения масок, никакой свободе не может угрожать, когда кто-то действует добродетельно и хочет действовать так.

Выводы: добродетельные действия во время чрезвычайной ситуации, связанной с COVID-19

Наконец, должны ли мы сотрудничать с ограничениями? Какой моральной позиции мы должны придерживаться как люди, в равной степени пострадавшие от пандемии COVID-19? Мы утверждали здесь, что индивидуальная (и общественная) реакция на вспышку должна руководствоваться соображениями добродетели, а не утилитаризма, и свободой воли второго порядка, а не более узким понятием свободы от ограничений.Мы должны двигаться к более полной картине человеческих действий и морали. Как только мы примем такие добродетели, как великодушие, мужество и благоразумие, и захотим, чтобы наша воля была направлена ​​на то, чтобы действовать добродетельно, тогда даже введенные ограничения, ношение масок при выходе на улицу и соблюдение социальной дистанции больше не выглядят аморальными действиями. (которые уменьшают удовольствие и причиняют боль) или как угрозу нашей свободе, а скорее как добродетельно правильные действия, которые мы должны совершать. Нашей свободе больше не угрожают ограничения, но она увеличивается и обретает достоинство в тот момент, когда наша воля второго порядка хочет охотно уважать ограничения и рекомендации, потому что это то, что добродетельный человек делает в таких обстоятельствах; потому что соответствующие добродетели стали частью того, кто мы есть (или, возможно, всегда присутствовали, не тренировались, были забыты), и нам просто нужно дать им правильное место.Наше великодушие, мужество и рассудительность не дают нам забыть самых уязвимых, старых и слабых, ведь добродетельный человек всех уважает. Она готова немного сдаться, чтобы обрести моральную целостность, в то же время участвуя в спасении нескольких жизней.

Примечания автора

© Автор(ы), 2020. Опубликовано издательством Oxford University Press от имени юридического факультета Университета Дьюка, юридического факультета Гарвардского университета, издательства Оксфордского университета и юридического факультета Стэнфордского университета.

Это статья в открытом доступе, распространяемая в соответствии с лицензией Creative Commons Attribution NonCommercial-NoDerivs (http://creativecommons.org/licenses/by-nc-nd/4.0/), которая разрешает некоммерческое воспроизведение и распространение произведение на любом носителе, при условии, что исходное произведение не было каким-либо образом изменено или трансформировано, и что произведение правильно цитируется. Для коммерческого повторного использования, пожалуйста, свяжитесь с [email protected]

Министерство здравоохранения | 3.4 Модели, которые помогают нам понять использование AOD в обществе

Модели употребления наркотиков
Задание – письменное упражнение
Резюме
Дистанционное обучение

Модели употребления наркотиков

На протяжении всей истории люди пытались понять концепцию употребления наркотиков и понять, почему некоторые люди становятся зависимыми или зависимыми от определенных наркотиков, а некоторые не ‘т.Со временем было разработано множество теорий, объясняющих употребление наркотиков. Некоторые из этих теорий были преобразованы в модели, которые представляют собой способ определения проблемы или ситуации, чтобы их было легче понять.

Следующие модели исторически оказали наибольшее влияние на разработку политики в отношении наркотиков и лечение наркомании и до сих пор используются в Австралии. Эти модели влияют на то, как люди работают с молодежью и другими людьми, имеющими проблемы с наркотиками. Возможно, вы сможете относиться к некоторым моделям лучше, чем к другим, и определить модели, лежащие в основе подхода вашего агентства к употреблению наркотиков.

Моральная модель

В восемнадцатом и начале девятнадцатого веков зависимость считалась грехом. Зависимые от наркотиков люди считались морально слабыми, а зависимость рассматривалась как недостаток характера. Под влиянием этой модели пользователи наказывались поркой, публичными избиениями, акциями, штрафами и публичными насмешками, что было относительно обычным явлением. (В некоторых британских городах людей заставляли ходить в одних пивных бочках.) Распространенным лечением также было духовное руководство.Тюремное заключение было еще одной формой наказания, и на рубеже веков гораздо больше наркоманов помещалось в психиатрические больницы по мере того, как тюрьмы были переполнены.

Модель болезни

Модель болезни предполагает, что истоки зависимости лежат в самом человеке. Эта модель принимает медицинскую точку зрения и предполагает, что зависимость — это болезнь или болезнь, которой страдает человек. Он считает, что:
  • Зависимость не существует в континууме – она либо есть, либо ее нет.
  • Наркоманы не могут контролировать потребление того или иного вещества. Как только они потребляют некоторое количество вещества (например, одну рюмку алкоголя), они бессильны остановить себя, и их охватывает почти непреодолимая тяга, когда они не могут этого сделать.
  • Болезнь зависимость необратима. Это не лечится и лечится только пожизненным воздержанием.
Анонимные Алкоголики (АА) основаны на модели болезни. Учитывая популярность моделей заболеваний, стоит более подробно рассмотреть их преимущества и недостатки.

К началу страницы Преимущества моделей заболеваний включают:

  • употребление наркотиков становится проблемой здравоохранения, а не только юридической проблемой
  • позволяет «зависимым» людям понять свое поведение
  • предлагает подход к лечению (воздержание), который работает для некоторых людей
  • устраняет чувство стыда, которое часто испытывают люди, страдающие зависимостью.
Недостатки моделей заболеваний включают:
  • снимает ответственность с пользователя
  • предлагает только один курс лечения (абстиненция), который не подходит для всех людей, особенно для молодежи.
  • не подтверждается большим количеством доказательств.

Психодинамическая модель

Эта теория возникла у Зигмунда Фрейда и до сих пор используется как способ лечения людей, страдающих от наркотиков. Основная философия психодинамической модели заключается в том, что мы можем связать проблемы с нашим детством и тем, как мы справляемся (или не справляемся) во взрослом возрасте. Другими словами, употребление или злоупотребление наркотиками может быть бессознательной реакцией на некоторые трудности, с которыми люди могли столкнуться в детстве. Эта философия лежит в основе многих подходов к консультированию, направленных на то, чтобы проникнуть в суть бессознательных мотивов человека и попытаться улучшить его самооценку.

Модель социального обучения

До 1970-х годов зависимость от психоактивных веществ понималась исключительно с точки зрения физической зависимости от вещества и возникновения абстинентного синдрома в его отсутствие. Рассел (1976) выдвинул идею о том, что зависимость носит не только химический, но и поведенческий и социальный характер. Он больше основан на мыслях потребителя о веществе и о том, каково это быть «под влиянием» самого наркотика.

Ключевые моменты модели социального обучения можно резюмировать следующим образом:

  • Любой, кто занимается деятельностью, которая доставляет ему удовольствие, рискует развить зависимость от этой деятельности.
  • Зависимость – это приобретенное поведение, возникающее в результате обусловливания, моделирования и размышлений о веществе.
  • Зависимость от деятельности/наркотика или человека существует в степенях. Чем сильнее зависимость, тем сильнее негативные чувства, испытываемые в отсутствие активности.
  • Зависимость — нормальный аспект человеческого поведения. Это становится проблемой только тогда, когда человек испытывает ряд негативных последствий в результате своего поведения, но все равно продолжает это делать.
  • Чувство принуждения, желание участвовать в каком-либо поведении (например, употреблении наркотиков), но знание того, что на самом деле этого делать не следует, является отличительной чертой аддиктивного поведения. Люди говорят об ощущении передачи контроля наркотику/человеку/объекту.
  • Если очень хочется что-то сделать, но зная, что делать этого не следует, поведение становится неустойчивым. Распространены «выпивка», амбивалентность, скрытность, ненадежность, рационализация и клятвы воздержания.
  • Аддиктивное поведение прекращается только тогда, когда человек принимает решение о том, что затраты на дальнейшее использование значительно превышают выгоды.Начало страницы

Социокультурная модель

Эта модель стала популярной в последние 15 лет. В отличие от других моделей, она фокусируется на обществе в целом, а не только на отдельных людях. Эта модель основана на идее о том, что тип общества, в котором живут люди, влияет на употребление ими наркотиков. В частности, эта модель связывает неравенство и употребление наркотиков. Это говорит о том, что люди, принадлежащие к культурно и социально неблагополучным группам, с большей вероятностью будут испытывать проблемы со злоупотреблением психоактивными веществами.Он также признает, что общество клеймит потребителей определенных веществ девиантными, тем самым создавая дополнительные проблемы.

Поскольку эта модель связывает злоупотребление психоактивными веществами с условиями общества в целом, решение «проблем наркотиков» вращается вокруг изменения социальной среды, а не лечения отдельных лиц. Это включает в себя разработку способов борьбы с бедностью, плохим жильем и дискриминацией.

Модель общественного здравоохранения

В Австралии этот подход был представлен на Национальном саммите по наркотикам в 1985 году.Результатом саммита стала Национальная кампания против злоупотребления наркотиками, а затем Национальная стратегия борьбы с наркотиками на 1992–1997 и 1998–2003 годы. Эта модель продолжает использоваться в программах лечения и профилактики в Австралии. Это комплексный подход, который определяет три ключевых фактора и отношения между ними.
  1. Агент – характеристики и действие самого препарата
  2. Хост – характеристики отдельного пользователя или группы пользователей
  3. Окружающая среда – контекст употребления наркотиков.
Этот подход отражен в модели взаимодействия .

Эта модель основана на философии минимизации вреда . Это означает, что мы признаем, что употребление наркотиков является реальностью в нашем обществе и что попытка искоренить его является недостижимой целью. Таким образом, цель состоит в том, чтобы уменьшить вред, причиняемый определенными видами употребления наркотиков, с помощью следующего диапазона интервенционных подходов.

  • Первичная профилактика — Цель состоит в том, чтобы предотвратить возникновение проблемы.Это может быть достигнуто за счет:
    • развития сообщества
    • антинаркотическое просвещение
    • медиа-стратегии
  • Вторичная профилактика — Проблема выявляется на ранних стадиях, и принимаются меры, чтобы остановить дальнейшее развитие возможного проблемного употребления наркотиков.
  • Третичная профилактика — Это когда проблема считается серьезной и может повлиять на здоровье человека, финансы, отношения и/или юридически.Лечение может включать консультацию, госпитализацию и т. д.

Задание – письменное задание

Группа из примерно 12 молодых людей (в основном мальчиков) в возрасте от 14 до 17 лет собирается каждую субботу вечером в изолированной части местного парка и напивается.

Было много жалоб от жителей окрестностей и некоторых молодых людей, ездивших на машинах в парк и обратно.

Вы являетесь местным молодежным работником, и вас попросили рассмотреть эту жалобу.Используя следующий список, обобщите, как бы вы поступили в этой ситуации в соответствии с предположениями моделей употребления наркотиков, представленных в этой теме.

Начало страницыНапишите ответ для каждой из следующих моделей:

  • Моральная модель
  • Психодинамическая модель
  • Модель болезни
  • Модель социального обучения
  • Модель общественного здравоохранения
  • Социокультурная модель

Резюме

На протяжении истории были разработаны различные модели употребления наркотиков:
  • Моральная модель — Рассматривает зависимость как грех или моральную слабость зависимость заключается в самом индивидууме
  • Модель социального обучения — предполагает, что зависимости приобретаются, существуют в континууме и состоят из ряда поведенческих и когнитивных (мыслительных) процессов
  • Модель общественного здравоохранения — употребление наркотиков рассматривается как взаимодействие между наркотиком, человеком и окружающей средой
  • Социально-культурная модель — утверждает, что злоупотребление психоактивными веществами следует рассматривать в более широком социальном контексте и что его можно связать с неравенством

Дистанционное обучение

(хорошее точка для студента, чтобы связаться с фасилитатором.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.